Трубецкая жена декабриста краткая биография. Жены декабристов. Трубецкая Екатерина Ивановна. Биография Анны Васильевны Розен
Трубецкая Екатерина Ивановна.
Трубецкая Екатерина Ивановна. Миниатюра Н.А.Бестужева, 1828
Екатерина Трубецкая родилась в Киеве — здесь ее корни, а умерла в далекой Сибири, в Иркутске. Там и похоронена. В детстве она не переносила вида крови. И это чувство сострадания к птицам и животным, к человеку пронесла через всю свою жизнь. Она была старшей дочерью камергера двора его императорского величества Ивана Степановича Лаваля (1761—1846) — французского эмигранта Жана Франсуа, для которого Россия стала второй родиной, — и деятельной миллионерши Александры Григорьевны Козицкой (1772—1850). Их капитал оценивался в 2 млн. 600 тыс. рублей серебром. Екатерина Ивановна получила прекрасное образование, хорошо пела, отменно играла на фортепиано. Ее руки добивались известные в России бароны, графы, князья.
Графиня Александра Григорьевна Лаваль, ур. Козицкая
Граф Иван Степанович Лаваль
Девушка из высшего общества
Лавали были тогда почитаемыми не только в российской империи, но и за рубежом. А их великосветский литературно-музыкальный салон на Английской набережной славился в те времена на весь Петербург.
Санкт-Петербург. Английская набережная.Гертнер, Иоганн-Филипп-Эдуард
Особняк Лавалей
Изысканные манеры хозяйки и ее старшей дочери, их гостеприимство и остроумие; просторная, сверкающая зала для танцев; большая гостиная с украшенным фигурной лепкой и разноцветными узорами высоким потолком; старинные гравюры, фарфоровые блюдца с геральдическими вензелями; древнеримские статуи из мрамора; привезенные из Греции огромные вазы, которым было по 2500 лет, картины знаменитых итальянских художников; серебряные самовары, индийский хрусталь; прекрасно настроенные фортепиано (граф Иван Степанович Лаваль специально выписал из Неаполя знаменитого мастера-настройщика), вышколенная прислуга…
Выставочный зал дома графини Лаваль. Акварель М. Н. Воробьёва
Несомненно, все это выгодно отличало приемы у Лавалей от аналогичных петербургских салонов. Гости собирались обычно по средам и субботам; иногда их число доходило до 300—400. Рауты, роскошные обеды, вечера с живыми картинами, детские праздники, концерты известных артистов, костюмированные балы, домашние спектакли сменяли друг друга.
Здесь не раз бывали царь Александр I и члены царской фамилии, историк Николай Карамзин, художник Брюллов, писатель и философ Петр Чаадаев, баснописец Иван Крылов, поэты Александр Грибоедов, Адам Мицкевич, Константин Батюшков, Петр Вяземский, Александр Пушкин и Василий Жуковский, известный политик Михаил Сперанский.
На рождественском балу в 1818 году молодая графиня Екатерина Ивановна долго танцевала с великим князем Николаем Павловичем. И каждый раз, приглашая ее на мазурку или кадриль, он галантно кланялся ей и говорил комплименты… А потом был еще случай — спустя шесть месяцев, на балу у графа Потемкина, они беседовали о древнеримской литературе, о стихах эллинских поэтов Архилоха и Алкея Мессенского, об английских обычаях и русских былинах. Великий князь даже назвал ее тогда "самой просвещенной девицей высшего света". Он был предупредителен, вежлив. Сама порядочность.
Великий князь Николай Павлович
Кто бы мог подумать тогда, что через несколько лет все обернется иначе: он станет вместо своего старшего брата Константина императором России, а та, которой он всегда симпатизировал ("Вы обворожительны, Катрин!"), будет долго добиваться у него аудиенции, дабы по высочайшей милости ей разрешили отправиться за своим ссыльным, лишенным всех званий, наград и почестей, харкающим кровью мужем в далекую Сибирь. Видно, судьбе и Богу было угодно так распорядиться…
Сопка близ Читы с могилой неизвестного солдат акварель Н.А. Бестужева
Венчание в Париже
Весной 1820 года семейство Лаваль совершило путешествие из Петербурга в Париж. Здесь Екатерина Ивановна познакомилась с тогда еще капитаном князем Сергеем Петровичем Трубецким, жившим вот уже несколько лет во Франции, тщательно изучая по заданию тайного общества "Союз благоденствия" опыт Французской революции 1789—1799 гг. Кроме того, в Париже Трубецкой старался пополнить свое образование: слушал лекции известных профессоров, прошел полный курс естественных наук.
Сергей Петрович Трубецкой
От своей кузины княгини Татьяны Борисовны Потемкиной, жившей в столице Франции, Екатерина Ивановна знала, что Трубецкой за участие в Отечественной войне 1812 года награжден многими орденами, имеет два ранения.
Вступление союзников в Париж 31 марта 1814 года. Первая четверть XIX века. Неизв. худ
При первой встрече он ей не понравился: молчаливый, озабоченный чем-то и вдобавок плохо танцует. Словом, не кавалер. Однако вскоре она поняла, что за этой его угрюмой молчаливостью, давящей озабоченностью скрывается пытливая, страстная, волевая натура. Они много спорили о Французской революции; Екатерина Ивановна полностью ее отвергала, резко критикуя деспота Робеспьера, насилие и террор.
Трубецкой во многом был согласен с молодой графиней Лаваль, но к достижениям этой революции относил факт ликвидации дворянских привилегий и феодальных крестьянских повинностей, закрепление за крестьянами земли. В итоге Трубецкой и Екатерина Ивановна сошлись на том, что строить свое счастье на несчастье и крови других — безнравственно. А еще он был очень удивлен: такие любознательные и образованные женщины ему раньше не встречались. Судьба. 12 мая 1821 года они обвенчались в Париже, в русской православной церкви на улице Берри, и осенью того же года вернулись в Петербург. Теперь уже она была княгиней Трубецкой...
Русский храм во имя святого благоверного князя Александра Невского в Париже, литография 19 век
Единомышленница
Знала ли Екатерина Ивановна доподлинно, чем именно занимается ее муж? Исторические документы свидетельствуют о том, что Трубецкой постепенно вводил ее в круг своих друзей по тайному обществу, которые ставили основной задачей коренное переустройство общественно-политического уклада Российской империи. Вскоре Екатерина Ивановна стала своим человеком в среде заговорщиков.
Она внимательно слушала их споры, волновалась за мужа. Что сулит будущее всем этим хорошим и, видимо, смелым русским офицерам, которые хотят ввести в Российской империи конституционные свободы?
Декабристы
Что ждет ее саму — она ведь жена Трубецкого, человека, наиболее уважаемого заговорщиками?.. Руководитель Южного общества Пестель и его заместители Бестужев-Рюмин, Сергей Муравьев-Апостол — за физическое уничтожение царя и особ царской фамилии сразу после победы восстания. Это же кровь, террор! Добиваться свобод в Российской империи надобно иным путем: пропагандой, агитацией, мирными переговорами, широким просвещением народных масс, верой в Бога, неукоснительным выполнением христианских заповедей. Она всегда была против насилия, и Трубецкой в конце концов тоже стал разделять ее взгляды.
Кадр из фильма "Звезда пленительного счастья "
Прелести Малороссии
В январе 1825 года Сергей Петрович получил воинское звание полковника и по высочайшему приказу был назначен дежурным штаб-офицером в 4-й пехотный корпус, который дислоцировался в Киеве.
Вид г. Киева. Литография середины XIX в. по оригиналу В. Христофорова.
Это открывало ему возможность непосредственного контакта с Южным обществом, позволяло вербовать из числа его членов союзников при разногласиях с Пестелем. Вместе с Трубецким в Киев приехала и Екатерина Ивановна.
Кадр из фильма"Звезда пленительного счастья "
Здесь они жили до 7 ноября 1825 года в доме одного из руководителей Южного общества Василия Львовича Давыдова (теперь это улица Панаса Мирного, 8/20). Именно здесь, на том месте, где до 1971 года стоял домик Давыдова и где жил Трубецкой с женой, где он встречался со многими членами Южного и Северного обществ, разрабатывал планы консолидации этих обществ, организовывал вместе с женой обеды и ужины для декабристов, — сейчас возвышается современное строение, а на стене — мемориальная доска с барельефами Волконского, Давыдова, Муравьева-Апостола, Бестужева-Рюмина, Пестеля. А фамилии Трубецкого почему-то нет...
В Киеве на ярмарке Екатерина Ивановна у одного мужика купила "на память о Малороссии" крупные, украшенные искусным резным орнаментом деревянные бусы — три связки, разного цвета.
В. И. Штернберг. Ярмарка на Украине.
Эти бусы она потом надевала не раз — на балы, во время раутов и приемов. И всегда они ей напоминали утопающий в зелени древний Киев, подольскую летнюю ярмарку и болезненного вида мужика в длинной рубахе, потертых портках и лаптях — замечательного народного умельца. Дамы из высшего света Петербурга не раз спрашивали у нее потом, где она приобрела сии бусы — настоящий шарман: в Париже, Лондоне, Берлине?! А когда она отвечала, что в Киеве, на обыкновенной летней ярмарке, дамы хмурились и осуждающе качали головами: "Разыгрывать нас изволили, да? Нехорошо, милочка, нехорошо!".
Е.К.Трубецкая, неизветсный художник
Декабрьское восстание, или уроки Робеспьера
Киев Фонтан «Иван»
7 ноября 1825 года чета Трубецких покинула Киев и выехала в Петербург. Обстановка в столице империи, начиная с 27 ноября и в последующие дни, оставалась крайне напряженной. Музыка на разводах не играла, все спектакли в театрах были отменены, а в Казанском и Петропавловском соборах с раннего утра и до позднего вечера служили панихиду по умершему в Таганроге Александру I.
Народ и армия присягнули Константину, но тот в столице не появлялся — крутил в Варшаве любовь с полькой Грудзинской. Наступило междуцарствие…
А в кабинете Трубецкого, на первом этаже дома Лавалей по Английской набережной, почти беспрерывно шли совещания членов тайного общества… Екатерина Ивановна молилась за мужа и его товарищей; здесь же, во время совещаний, знакомилась с новыми для нее людьми — Пущиным, Кюхельбекером, Каховским, братьями Бестужевыми, Рылеевым, Якубовичем, Одоевским, Шереметевым, Розеном, Анненковым...
На российский престол взошел Николай I, начиналась новая эпоха. Выступать заговорщики решили 14 декабря, а руководителем ("диктатором") восстания выбрали князя Трубецкого.
Но князь не явился на Сенатскую площадь 14 декабря, не стал в мятежное каре и войско не возглавил. Он понимал: восстание обречено на поражение, собрать нужного количества офицеров и солдат не удалось. Значит, добиться победы только демонстрацией силы, без крови, не удастся. Ну а вторым Робеспьером он быть не хотел, он же поклялся жене!
Декабристы Болотной. В.Ф. Тимм.
Жестокая расплата
Восстание на Сенатской площади было жестоко подавлено, а утром 15 декабря Трубецкого арестовали. Екатерина Ивановна осталась одна. 12 июля 1826 года был вынесен приговор заговорщикам. Пятеро (Пестель, Каховский, Бестужев-Рюмин, Муравьев-Апостол и Рылеев) были повешены, а Трубецкой был осужден по первому разряду — вечная каторга.
Допрос декабристов
23 июля 1826 года с первой партией ссыльных он был отправлен этапом в Сибирь, в город Иркутск. Екатерина Ивановна давно решила: она должна быть там, где муж. Но для этого необходимо было специальное разрешение царя, который в конце июля 1826 года направился со свитой в Москву. Именно там должна была состояться его коронация.
Трубецкая с трудом добилась аудиенции у царя — их встреча состоялась в доме генерал-губернатора, на Тверской. Николай I был зол. Он не понимал этой женщины, не понимал, почему она упорствует. За свое еще недолгое царствование он уже привык к тому, что ему никогда не перечат.
Жан-Батист Арну
— Поймите, мадам, то, что вы задумали, — безрассудство, глупость даже! Еще и за подруг просите! Зачем вам оный Трубецкой, а?! Отныне вы, княгиня, — свободны, не связаны более узами супружеского союза с каторжником Трубецким. Мы так хотим. Повелеваем!
— Простите, Ваше Величество, но Сергей Трубецкой — мой муж, и разлучить нас может лишь смерть. Я должна ехать к нему… в Сибирь.
— Учтите, как только вы пересечете Урал, то сразу же потеряете все дворянские привилегии. Вам придется навсегда распрощаться с титулами, доходами, поместьями! И дети ваши, кои родятся в Сибири, — тоже не будут дворянами, они поступят в казенные заводские крестьяне! Вас сие устраивает?!
— Ваше величество, я должна быть с мужем…
— Вам, мадам, будет строго-настрого запрещено давать своему ссыльному мужу деньги и вещи. И никто из родных — абсолютно никто, запомните! — не будет сопровождать вас, когда вы поедете в Сибирь. А главное — вы навсегда лишитесь права вернуться в Россию. Навсегда, мадам!
— Ваше величество… я согласна на любые условия. Лишь бы всегда быть вместе с мужем, помочь ему!
Царь выдал ей письменное разрешение, но гнев его не знал границ...
Подвиг во имя любви
27 июля 1826 года в сопровождении секретаря графа Лаваля швейцарца Карла Воше Екатерина Ивановна отправилась в Сибирь, вслед за мужем. Она была первой; она дала толчок, показала пример. А за нею двинулись ее подруги: Мария Волконская, Александра Муравьева, Елизавета Нарышкина, Александра Ентальцева, Наталья Фонвизина, Полина Гебль, Александра Розен, Мария Юшневская, Ле Дантю. Верные жены осужденных декабристов, бесстрашные их невесты.
Это был подвиг. Во имя любви, долга, высоких жизненных идеалов.
Более шести недель догоняла Екатерина Ивановна с Карлом Воше своего мужа. Они мчались без долгих остановок, почти без отдыха; быстрая смена лошадей на почтовых станциях, короткая трапеза — и снова в путь. Денег она не жалела, лишь бы поскорее увидеть мужа... Дорогой Трубецкая простудилась и тяжело заболела; Воше хотел остановиться, подлечить ее, но Екатерина Ивановна не позволила. Вперед! Только вперед!
В середине сентября они были в Иркутске. Здесь уже стояла зима: лежал снег, мороз доходил до пятнадцати градусов. В Иркутской тюрьме Трубецкой впервые после долгого перерыва увидел жену. Гремя кандалами, Сергей Петрович бросился к Екатерине Ивановне. Слезы брызнули у него из глаз: он даже и надеяться не мог на такое счастье: "Катюша, родная!".
Осужденные декабристы работали в глубоких, дышащих холодом штольнях. За день необходимо было добыть киркой три пуда руды на каждого и вынести ее наверх на носилках. Работа была тяжелой, изнурительной. Чахотка косила людей. У Сергея Петровича болели раны, полученные под Лейпцигом в 1813 году; ныла грудь, частые приступы кашля сопровождались кровохарканьем.
Моравов Александр Викторович
Трубецкая сняла домик на Благодатском руднике. В декабрьскую стужу, когда заключенных гнали на работу, она передала им однажды все теплые вещи, даже тесемки от своих меховых сапожек — пришила их к шапке-ушанке одного из каторжников. Потом отморозила ноги, долго болела. Много ей пришлось тогда пережить: издевательства и грубость конвоиров, насмешки начальника нерчинских заводов Бурнашева и горного офицера Рика, оскорбления генерал-губернатора Восточной Сибири Лавинского. Но духом она никогда не падала; на душе было светло, радостно: она снова с мужем! Два раза в неделю!
Дом Екатерины Трубецкой и Марии Волконской в Благодатском руднике
Трубецкая покупала на свои деньги для заключенных продукты, писала от их имени письма домой (каторжникам не разрешалось вести переписку).
Летом нерчинская тайга играла на солнце разноцветьем красок: ярко-зеленая листва деревьев, розовая кипень цветущего багульника, желтые камнеломки, белые ромашки, огненно-красный иван-чай. Во время ежедневной кратковременной прогулки — в кандалах, в сопровождении часового — Трубецкой срывал цветы на своем пути, делал букет и незаметно оставлял его на земле — для жены, которая шла следом (во время прогулок каторжникам запрещались сношения с внешним миром).
Багульник
А дальше были Читинский острог, куда перевели Трубецкого и других декабристов, тюрьма Петровского завода. Потом — поселение в Оеке, что в 30 километрах от Иркутска, и наконец, — Иркутск. В 1828 году С. Трубецкого, как и с других декабристов, сняли кандалы, а еще через год — разрешили видеться с женой у нее на квартире, куда Сергея Петровича сопровождал конвойный.
Вид Читы с острогом и домом коменданта. 1828-1830 гг.
Н. Репин . Декабристы в камере Читинского острога.1828.
Декабристы на мельнице в Чите. 1828-1830 гг
И.В. Киреев. Привал декабристов на пути из Читы в Петровский завод. Август - сентябрь 1830 г.
Петровский завод. Акварель Н.А. Бестужева.
А. Юшневский.Петровский завод. Вход в каземат.1830-е.
Главная улица в Чите. Слева дом Е.И. Трубецкой, Акварель Н.А. Бестужева. 1829 - 1830 гг. направо дом А.Г. Муравьевой.
В 1830 году у Трубецких родилась дочь Александра. До этого детей у них не было. Екатерина Ивановна много раз ездила лечиться на воды в Баден-Баден, но это не дало результатов. А вот здесь, в далекой и холодной Сибири, среди невзгод и тяжких испытаний, она вдруг стала рожать одного ребенка за другим. Удивительная штука жизнь!
Восьмерых детей подарила Екатерина Ивановна Трубецкому; условия, правда, были жестокие, четверо умерли, а вот дочери Александра, Елизавета, Зинаида и сын Иван — выжили. Они стали высокообразованными, уважаемыми людьми.
План
Введение
1 Биография
2 Жена декабриста
3 Произведения, посвящённые Е.И. Трубецкой
4 Дети
Введение
Трубецкая Екатерина Ивановна (21 ноября 1800 - 14 октября 1854, Иркутск) - урождённая графиня Лаваль. Жена декабриста С. П. Трубецкого. Последовала за ним в Сибирь.
1. Биография
Дочь французского эмигранта, члена Главного правления училищ, позднее - управляющего 3-й экспедицией особой канцелярии Министерства иностранных дел Ивана Степановича Лаваля и Александры Григорьевны Лаваль (урождённой Козицкой) - богатой наследницы, хозяйки известного петербургского салона. Екатерина и её сестры ни в чем не нуждались и не ведали отказа. Сестры были прекрасно образованы и подолгу жили с родителями в Европе.
По отзывам современников, Екатерина Лаваль не была красавицей – невысокая, полноватая, зато обаятельная, веселая резвушка с прекрасным голосом. В Париже в 1819 году Екатерина Лаваль познакомилась с князем Сергеем Петровичем Трубецким, а в мае 1821 года вышла за него замуж. Трубецкой был на десять лет ее старше и считался завидным женихом: знатен, богат, умен, образован, прошел войну с Наполеоном и дослужился до полковника. Карьера его еще не была закончена, и Екатерина имела шансы стать генеральшей. Блестящий брак был омрачен отсутствием детей. Екатерина очень переживала по этому поводу и ездила лечиться от бесплодия.
2. Жена декабриста
Спустя пять лет после свадьбы вдруг выяснилось, что Сергей Трубецкой вместе с друзьями готовил восстание.
Событие 14-го декабря и отправление в Сибирь князя Сергея Петровича служили только поводом к развитию тех сил души, коими одарена была Екатерина Ивановна и которые она так прекрасно умела употребить для достижения высокой цели исполнения супружеского долга в отношении к тому, с коим соединена была узами любви вечной, ничем не разрушимой; она просила как высшей милости следовать за мужем и разделять его участь и получила высочайшее дозволение и, вопреки настоянию матери, которая не хотела её отпускать, отправилась в дальний путь <…> Соединившись временно с мужем в Николаевском заводе, она с того времени не покидала нас и была во всё время нашей общей жизни нашим ангелом-хранителем.
Е. П. Оболенский. Мемуары декабристов. Северное общество. Составление проф. В. А. Фёдорова, М.: Издательство Московского университета, 1981, с. 102
Трубецкая первая из жён декабристов добилась решения выехать в Сибирь. Екатерина Ивановна прибыла в Иркутск 16 сентября 1826 года. 8 октября 1826 года партию ссыльных, в которой находился и С. П. Трубецкой, отправили в Нерчинские рудники. Некоторое время Трубецкая не знала, куда отправили мужа. По воспоминаниям Оболенского, Екатерина Ивановна обращалась к начальству с тем, чтобы было разрешено ей следовать за Сергеем Петровичем и «долго томили её разными уклончивыми ответами». В Иркутске Трубецкая провела 5 месяцев - губернатор Цейдлер получил из Петербурга предписание уговорить её вернуться назад. Однако Екатерина Ивановна была тверда в своём решении.
Тогда же в Иркутск приехала Мария Николаевна Волконская.
Наконец, им предоставили положение о жёнах ссыльно-каторжных и о правилах, на которых они допускаются на заводы. Во-первых, они должны отказаться от пользования теми правами, которые принадлежали им по званию и состоянию. Во-вторых, они не могут ни получать, ни отправлять писем и денег иначе, как через заводское начальство. Далее, свидание с мужьями дозволяется им только по воле того же начальства и в том месте, которое им же будет определено.
Е. П. Оболенский. Мемуары декабристов. Северное общество. Составление проф. В. А. Фёдорова, М.: Издательство Московского университета, 1981, с. 104
Трубецкая и Волконская подписали эти условия и им разрешили следовать за мужьями.
10 февраля 1827 года в Благодатском руднике Трубецкой наконец позволили увидеть мужа. В конце 1839 года по отбытии срока каторги Трубецкой вышел на поселение в село Оёк Иркутской губернии. В 1845 году семье Трубецких было разрешено поселиться в Иркутске.
По воспоминаниям Н. А. Белоголового, «двумя главными центрами, около которых группировались иркутские декабристы, были семьи Трубецких и Волконских, так как они имели средства жить шире, и обе хозяйки - Трубецкая и Волконская своим умом и образованием, а Трубецкая - и своею необыкновенною сердечностью, были как бы созданы, чтобы сплотить всех товарищей в одну дружескую колонию…» Умерла Екатерина Ивановна 14 октября 1854 года от рака. Похоронена в Знаменском монастыре.
3. Произведения, посвящённые Е.И. Трубецкой
· Н. А. Некрасов:
«Княгиня Трубецкая» (1872) - первая часть поэмы «Русские женщины».
У Екатерины Ивановны долго не было детей, только через девять лет в Чите родился их первенец - дочь Александра.
Всего у Трубецких было пять дочерей и четыре сына:
· Александра Сергеевна (1830-1860), умерла от чахотки, с 1852 года жена Н.Р.Ребиндера (1810-1865).
· Лев Сергеевич (1833-1842)
· Елизавета Сергеевна (1834-1918), замужем за П.В.Давыдовым (1825-1912), сын декабриста В.Л.Давыдова.
· Никита Сергеевич (1835-1840)
· Зинаида Сергеевна (1837-1924), жена Н.Д. Свербеева (1829-1859), его брат А.Д.Свербеев.
· Владимир Сергеевич (1838-1839)
· Екатерина Сергеевна (1841-1841)
· Иван Сергеевич (1843-1874)
Екатерина Ивановна Трубецкая,
(1800-1854)
жена декабриста
Екатерина Ивановна Трубецкая родилась 21 ноября в 1800 году, она была дочерью француза Лаваля и Александры Козицкой, владелицы большого медеплавильного завода.
Дворец Лавалей в Петербурге блистал изысканной красотой и роскошью убранства. Современников поражало великолепие балов, дававшихся в нём. На них собиралась вся петербургская знать.
Детство и юность Катюши протекали счастливо и безоблачно. Счастливым оказался и её брак с богатым и родовитым князем Сергеем Трубецким, заслуженным героем войны 1812 года.
Екатерина Трубецкая была одной из немногих жён декабристов, догадывавшихся о противоправительственной деятельности своих мужей.Она стала первой женой декабриста, последовавшей за мужем.
5 декабря 1825 года князь Сергей Петрович Трубецкой был доставлен на допрос к царю Николаю I — как один из организаторов восстания на Сенатской площади.
Княгиня Трубецкая - первая декабристка, женщина удивительной судьбы, сумевшая воплотить в себе лучшие черты своих современниц. Ее жизнь и подвиг стали яркой страницей отечественной истории.
Именно ее отъезд, на следующий же день после отправки на каторгу Трубецкого (24 июля 1826 года), стал вызовом царю, светскому обществу Петербурга. Она прибыла в «столицу Восточной Сибири» 16 сентября, преодолев 6 107 километров тяжелейшего пути.
Выполняя полученную из Петербурга инструкцию, генерал-губернатор Иркутска несколько месяцев уговорами и угрозами пытался вернуть Трубецкую обратно в Петербург. Тщетно.
Екатерина Ивановна отреклась от гражданских прав и дворянского титула и была готова двигаться в одной связке с уголовными преступниками.
В Иркутске она остановилась в доме товарища мужа. Сергея Петровича Трубецкого известили о приезде жены.
8 октября 1826 года декабристов отправили за Байкал. Княгиню ждали новые испытания.
Вот так поэт Некрасов описал княгиню Трубецкую в поэме "Русские женщины":
Нет! Я не жалкая раба,
Я женщина, жена!
Пускай, горька моя судьба -
Я буду ей верна!
О, если б он меня забыл
Для женщины другой,
В моей душе достало б сил
Не быть его рабой!
Но знаю: к Родине любовь
Соперница моя,
И если б нужно было, вновь
Ему простила б я!..
В конце 1839 года истёк срок каторги для Сергея Петровича. Трубецкие получили приказ выехать на поселение в село Оёк в 32 километрах от Иркутска. В это время умирает сын Трубецких Владимир.
Получив от матери деньги на строительство дома, Екатерина Ивановна решила обустроиться в Оёке основательно. Помощь графини Лаваль была иногда довольно щедрой, но нерегулярной. Бюджет семьи Трубецких был очень скромен. Они обзавелись большим огородом и домашним скотом. Занятия хозяйством, помощь местным крестьянам отвлекали от горестных дум, а их было немало.
Вскоре умер второй сын Никита. Всё меньше оставалось у княгини надежд, сил и здоровья. Все чаще она страдала приступами ревматизма.
Весной 1842 года Трубецкие узнают о «царской милости» - позволении декабристам отдать своих детей в учебные заведения с условием изменения их фамилий по отчествам отцов. Трубецкие, как и большинство декабристов, отказались от унизительной «милости». Позже правительство пошло на уступки. Их дочери Елизавета и Зинаида поступили в Девичий институт, «записанные» как внучки графини Лаваль, но под своей фамилией. Сын Иван стал учеником Иркутской гимназии. Дети учились легко и хорошо. Из семерых детей Трубецких только четверо выросли и покинули Сибирь.
Утрата детей подрывала силы Екатерины Ивановны. Все чаще она нуждалась в услугах врача. По состоянию здоровья и для учёбы детей она обратилась к властям с просьбой разрешить ей переезд в Иркутск и такое разрешение было получено.
Дом, в котором поселились Трубецкие в Знаменском предместье Иркутска за рекой Ушаковкой, был просторный и уютный, раньше там был и большой красивый сад. Этот дом стал известен в Иркутске и окрестностях благодаря безграничной доброте его хозяйки. Странники, бездомные, нищие всегда находили здесь приют и внимание.
14 октября , Иркутск) - жена декабриста С. П. Трубецкого , которая последовала за ним в Сибирь. Героиня поэмы Н. А. Некрасова «Русские женщины ».
Биография
Дочь французского эмигранта, члена Главного правления училищ, позднее - управляющего 3-й экспедицией особой канцелярии Министерства иностранных дел Жана (Ивана Степановича) Лаваля и Александры Григорьевны Козицкой - наследницы капиталов И. С. Мясникова , хозяйки известного петербургского салона. Крещена 7 декабря 1800 г., о чём свидетельствуют метрические книги церкви Св. Исаакия Далматского . Екатерина и её сестры ни в чём не нуждались и не ведали отказа. Сёстры были прекрасно образованы и подолгу жили с родителями в Европе.
По отзывам современников, Екатерина Лаваль не была красавицей - невысокая, полноватая, зато обаятельная, веселая резвушка с прекрасным голосом. В Париже в 1819 году Екатерина Лаваль познакомилась с князем Сергеем Петровичем Трубецким, а 16 (28) мая 1820 года вышла за него замуж. Трубецкой был на десять лет её старше и считался завидным женихом: знатен, богат, умён, образован, прошёл войну с Наполеоном и дослужился до полковника. Карьера его ещё не была закончена, и Екатерина имела шансы стать генеральшей. Блестящий брак был омрачён отсутствием детей. Екатерина очень переживала по этому поводу и ездила лечиться от бесплодия за границу. Спустя пять лет после свадьбы вдруг выяснилось, что Сергей Трубецкой вместе с друзьями готовил восстание.
Событие 14-го декабря и отправление в Сибирь князя Сергея Петровича служили только поводом к развитию тех сил души, коими одарена была Екатерина Ивановна и которые она так прекрасно умела употребить для достижения высокой цели исполнения супружеского долга в отношении к тому, с коим соединена была узами любви вечной, ничем не разрушимой; она просила как высшей милости следовать за мужем и разделять его участь и получила высочайшее дозволение и, вопреки настоянию матери, которая не хотела её отпускать, отправилась в дальний путь <…> Соединившись временно с мужем в Николаевском заводе, она с того времени не покидала нас и была во всё время нашей общей жизни нашим ангелом-хранителем.
Трубецкая первой из жён декабристов добилась разрешения выехать в Сибирь. Екатерина Ивановна прибыла в Иркутск 16 сентября 1826 года . 8 октября 1826 года партию ссыльных, в которой находился и С. П. Трубецкой, отправили в Нерчинские рудники. Некоторое время Трубецкая не знала, куда отправили мужа. По воспоминаниям Оболенского, Екатерина Ивановна обращалась к начальству с тем, чтобы было разрешено ей следовать за Сергеем Петровичем, и «долго томили её разными уклончивыми ответами». В Иркутске Трубецкая провела 5 месяцев - губернатор Цейдлер получил из Петербурга предписание уговорить её вернуться назад. Однако Екатерина Ивановна была тверда в своём решении.
Тогда же в Иркутск приехала Мария Николаевна Волконская . После долгих проволочек их наконец ознакомили с положением о жёнах ссыльно-каторжных и с условиями, на которых их допустят к мужьям. Они должны были подписать отказ от прав, свойственных их званию и состоянию, и согласиться не вести переписку и не получать денег в обход заводского начальства. Свидание с мужьями дозволялось во время и место, определённое тем же начальством . Приняв эти условия, Трубецкая была доставлена в Благодатский рудник, где 10 февраля 1827 г. ей наконец позволили увидеть мужа.
В конце 1839 года по отбытии срока каторги Трубецкой вышел на поселение в село Оёк Иркутской губернии. В 1845 году семье Трубецких было разрешено поселиться в Иркутске. По воспоминаниям Н. А. Белоголового , «двумя главными центрами, около которых группировались иркутские декабристы, были семьи Трубецких и Волконских, так как они имели средства жить шире, и обе хозяйки - Трубецкая и Волконская своим умом и образованием, а Трубецкая - и своею необыкновенною сердечностью, были как бы созданы, чтобы сплотить всех товарищей в одну дружескую колонию…»
Умерла Екатерина Ивановна 14 октября 1854 года от рака. Похоронена в
После 10 лет безуспешных попыток завести детей у княжеской четы Трубецких родились четыре дочери и трое сыновей. Гениальным врачом-репродуктологом стала сибирская каторга, на которую жена декабриста последовала вслед за мужем.
Она была дочерью французского графа и женой русского князя. Первая половина ее жизни пролетела в блеске аристократических салонов, вторая – протянулась среди бесконечных дорог каторжной Сибири. Она сама выбрала такую участь. Возможно, все могло бы быть иначе, но жена декабриста, княгиня Екатерина Ивановна Трубецкая никогда не жалела о своем выборе.
1800-1821. Золотой рассвет
Катрин Лаваль (так звали будущую княгиню Трубецкую) очень повезло – и с родителями, и местом, и со временем рождения. Она увидела свет в Петербурге, 27 ноября 1800 года, в великолепном особняке на Английской набережной. Отец Катрин Жан Франсуа (по-русски – Иван Степанович) Лаваль очень вовремя покинул революционную Францию, и счастливо женился в России – на Анне Григорьевне Козицкой, наследнице имений, заводов и приисков семейства миллионеров-горнопромышленников.
В детстве и юности у графини Катрин было все, что только можно пожелать. Она получила отличное домашнее образование. Она имела возможность встречаться с виднейшими людьми своего времени – как в России, так и в заграничных поездках.

Венчание Катрин Лаваль и Сергея Трубецкого состоялось в городе Париже, в русской православной церкви на улице Берри 12 мая 1821года. Осенью того же года они возвратились в Петербург и поселились на Английской набережной, в доме родителей княгини Екатерины.
1821-1825. Время надежд
Счастливую семейную жизнь четы Трубецких омрачало только то, что ни через год, ни через два, ни через пять лет после заключения брака у них не было детей. Княгиня Екатерина Ивановна неоднократно ездила на европейские курорты, обращалась к лучшим врачам – но тщетно.
От целебных вод Баден-Бадена не было никакого проку. И ни одно европейское светило не могло сказать, почему у молодой, вполне здоровой и ни в чем не нуждающейся женщины никак не наступает беременность.
Стать матерью в первые годы брака Екатерине Трубецкой не удалось. Но она была верной подругой своего мужа – и была хорошо осведомлена о его делах, тайных и явных. А князь Сергей Петрович продолжал делать успешную военную карьеру – с одной стороны, и активно участвовал в деятельности тайных обществ – с другой…
1825-1826. Крушение. «Мне все будет легко переносить с тобою вместе…»
Вышедшие 14 декабря 1825 года на Сенатскую площадь полки были разметены залпами картечи. Всех, кто остался в живых, в спешном порядке тащили под арест. Не стал исключением и избранный глава выступления гвардии полковник князь Трубецкой. К слову, шансов погибнуть на площади у него не было – поскольку собственно на место восстания он не явился. После на следствии Трубецкой говорил, что разуверился в успехе их дела…
Впрочем, то, что и как говорил Трубецкой на следствии, мы оставим в стороне. Наш рассказ – в первую очередь о судьбе Екатерины Ивановны. Скажем лишь, что в заключении Сергею Трубецкому повезло больше, чем прочим декабристам - ему сразу была разрешена переписка с женой. За полгода, с декабря по июль они написали друг другу около двух сотен писем каждый.
12 июля 1826 года тридцатипятилетний князь Сергей Петрович Трубецкой, управляющий Северным тайным обществом, признанный глава воинского мятежа 14 декабря на Сенатской площади, услышал свой приговор: «по лишении чинов и дворянства сослать в каторжные работы навечно» .
24 июля 1826 года двадцатипятилетняя Екатерина Трубецкая покинула Петербург. Больше она никогда туда не вернется.
1826. Путь на Восток
Происхождение, родственные связи и близость семьи к императорскому двору сыграли свою роль – Екатерине Ивановне не ставилось никаких преград на пути в Сибирь. Пока - не ставилось.
Расстояние в пять тысяч верст Екатерина Ивановна одолела, невзирая на задержки и болезнь, немногим медленнее, чем это делали царские фельдъегеря на курьерских тройках. Менее чем через 2 месяца, 16 сентября она была в Иркутске. Она успела повидаться с мужем – перед его отправкой далее на восток, в Нерчинские рудники.
А затем для княгини Трубецкой начались месяцы мучительнейшего ожидания и борьбы с имперской бюрократической машиной – в лице иркутского губернатора Цейдлера. У него был негласный указ императора Николая – препятствовать женам декабристов ехать за мужьями. Отговаривать, а если не получится – запугать.
Екатерине Ивановне пришлось подписать обширную бумагу с перечнем запретов, в которой, помимо прочего, была оговорена возможность свиданий с мужем не иначе как в присутствии охраны, а также угроза, что рожденные на каторге дети будут записаны в казенные заводские крестьяне. Но Трубецкую не остановили никакие угрозы. В январе 1827 года она пересекла замерзший Байкал и приехала к мужу.
1826-1839. Каторга и нежданное счастье
Благодатский рудник, где Екатерина Трубецкая прожила до середины осени 1827 года – медвежий угол Империи, в пятистах верстах от Читы, почти на границе с Китаем, замечательный лишь запасами серебряно-свинцовых руд. Екатерина Ивановна теперь ходила не по мраморным полам родительского дома – а по заваленным снегом зимой и раскисшим от грязи дорожкам весною. Она вместе с подругой по несчастью Марией Волконской жила в черной избе, где с трудом можно было вытянуться в полный рост. Две бывшие княгини сами прибирались, стирали белье, мыли полы. Они готовили еду своим заключенным мужьям, а сами питались хлебом и квасом, поскольку их денежные траты строго контролировались тюремным начальством.
Навещать мужа Екатерина Ивановна могла только дважды в неделю (и в присутствии охраны). В остальные дни видеть Сергея Петровича она могла только издали. Трубецкая не пренебрегала ни единой возможностью свидания – она стояла часами на снегу, однажды отморозив ноги, она выходила из дому в метель и дождь… Как гласит семейная история, Сергей Петрович собирал и оставлял на пути, по которому их водили на работы, букеты цветов, а Екатерина Ивановна после подбирала их…
Осенью 1827 года узников Нерчинского рудника перевели в Читу, где содержались прочие декабристы. На новом месте Екатерина Ивановна устроилась более комфортно – в собственном, хоть и маленьком, доме. А Сергею Петровичу жить стало легче в прямом смысле слова – 1 августа 1828 года со всех декабристов были сняты шестикилограммовые кандалы. Свидания с мужем Екатерине Ивановне были разрешены через два дня на третий, а с 1829 года – даже не в тюрьме и под надзором, а в собственном доме и без посторонних глаз.
И тут произошло событие, узнав о котором, европейские светила медицины сильно бы удивились. Чему не смогли помочь поездки на европейские курорты и консультации лучших врачей – помогли четыре года жизни в совершенно, казалось бы, невыносимых для изнеженной аристократки условиях. 2 февраля 1830 года у Трубецких родилась дочь Александра.
Выражаясь медицинским языком, сибирский климат полностью восстановил репродуктивное здоровье семейной пары Трубецких. Далее дети у них рождались один за другим. Вторая дочь, Елизавета – в 1834 году, сын Никита – в 1835, Зинаида – в 1837, Владимир - в 1838, Иван - в 1843, Софья - в 1844…

За эти годы Трубецкие сменили не одно пристанище. С сентября 1830 и по 1839 года декабристы содержались в тюрьме Петровского завода, что на триста верст ближе к Европе, чем Чита. Там Екатерина Ивановна построила самый высокий в городе дом – двухэтажный и с балконом, с которого могла видеть, как ее муж гуляет по тюремному двору за семиметровым забором. Да, свидания, конечно же, продолжались - под конец заключения мужьям вообще было разрешено жить на квартирах у жен.
1839 – 1854. «Если бы мне было суждено пережить все снова, я поступила бы точно так же»
По окончании каторжного срока и мытарств по сибирским деревням Екатерине Ивановне удалось (все еще с помощью влиятельной родни) добиться права на проживание всей семьею, с мужем и детьми, в Иркутске. Они жили в красивом доме с садом (последний подарок, который мать Трубецкой сделала дочери). Шла, в общем-то, обычная светская жизнь губернского города, дети Трубецких подрастали, дочери выходили замуж… а здоровье Екатерины Ивановны становилось все хуже. Дали знать о себе отмороженные ноги – в последние годы жизни Трубецкая не могла ходить.
Княгиня Екатерина Ивановна Трубецкая умерла от чахотки 14 октября 1854 года. Ей было от роду 54 года. Ее похоронили в ограде Знаменского женского монастыря в Иркутске. На надгробие до сих пор люди приносят живые цветы.
« Мне же, друг мой, все будет легко переносить с тобою вместе, и чувствую, ежедневно сильнее чувствую, что как бы худо нам ни было, от глубины души буду жребий свой благословлять, если буду я с тобою ..» , - эти строки Екатерина Трубецкая написала мужу в крепость, в декабре 1825 года. И она сдержала данное слово. На всю жизнь.


.jpg)
.jpg)
.jpg)