Таинственный странник лесков. А.М. Ранчин. "Очарованный странник" Н.С. Лескова. Главные герои и их характеристика
Лесков Hиколай Семенович
Очарованный странник
Н.С. ЛЕСКОВ
ОЧАРОВАННЫЙ СТРАННИК
ГЛАВА ПЕРВАЯ
Мы плыли по Ладожскому озеру от острова Коневца к Валааму* и на пути зашли по корабельной надобности в пристань к Кореле. Здесь многие из нас полюбопытствовали сойти на берег и съездили на бодрых чухонских лошадках в пустынный городок. Затем капитан изготовился продолжать путь, и мы снова отплыли.
После посещения Корелы весьма естественно, что речь зашла об этом бедном, хотя и чрезвычайно старом русском поселке, грустнее которого трудно что-нибудь выдумать. На судне все разделяли это мнение, и один из пассажиров, человек, склонный к философским обобщениям и политической шутливости, заметил, что он никак не может понять: для чего это неудобных в Петербурге людей принято отправлять куда-нибудь в более или менее отдаленные места, отчего, конечно, происходит убыток казне на их провоз, тогда как тут же, вблизи столицы, есть на Ладожском берегу такое превосходное место, как Корела, где любое вольномыслие и свободомыслие не могут устоять перед апатиею населения и ужасною скукою гнетущей, скупой природы.
Я уверен, - сказал этот путник, - что в настоящем случае непременно виновата рутина или в крайнем случае, может быть, недостаток подлежащих сведений.
Кто-то часто здесь путешествующий ответил на это, что будто и здесь разновременно живали какие-то изгнанники, но только все они недолго будто выдерживали.
Один молодец из семинаристов сюда за грубость в дьячки был прислан (этого рода ссылки я уже и понять не мог). Так, приехавши сюда, он долго храбрился и все надеялся какое-то судбище поднять; а потом как запил, так до того пил, что совсем с ума сошел и послал такую просьбу, чтобы его лучше как можно скорее велели "расстрелять или в солдаты отдать, а за неспособностью повесить".
Какая же на это последовала резолюция?
М... н... не знаю, право; только он все равно этой резолюции не дождался: самовольно повесился.
И прекрасно сделал, - откликнулся философ.
Прекрасно? - переспросил рассказчик, очевидно купец, и притом человек солидный и религиозный.
А что же? по крайней мере, умер, и концы в воду.
Как же концы в воду-с? А на том свете что ему будет? Самоубийцы, ведь они целый век будут мучиться. За них даже и молиться никто не может.
Философ ядовито улыбнулся, но ничего не ответил, но зато и против него и против купца выступил новый оппонент, неожиданно вступившийся за дьячка, совершившего над собою смертную казнь без разрешения начальства.
Это был новый пассажир, который ни для кого из нас не заметно присел с Коневца. Од до сих пор молчал, и на него никто не обращал никакого внимания, но теперь все на него оглянулись, и, вероятно, все подивились, как он мог до сих пор оставаться незамеченным. Это был человек огромного роста, с смуглым открытым лицом и густыми волнистыми волосами свинцового цвета: так странно отливала его проседь. Он был одет в послушничьем подряснике с широким монастырским ременным поясом и в высоком черном суконном колпачке. Послушник он был иди постриженный монах* - этого отгадать было невозможно, потому что монахи ладожских островов не только в путешествиях, но и на самых островах не всегда надевают камилавки, а в сельской простоте ограничиваются колпачками. Этому новому нашему сопутнику, оказавшемуся впоследствии чрезвычайно интересным человеком, по виду можно было дать с небольшим лет за пятьдесят; но он был в полном смысле слова богатырь, и притом типический, простодушный, добрый русский богатырь, напоминающий дедушку Илью Муромца в прекрасной картине Верещагина и в поэме графа А. К. Толстого*. Казалось, что ему бы не в ряске ходить, а сидеть бы ему на "чубаром" да ездить в лаптищах по лесу и лениво нюхать, как "смолой и земляникой пахнет темный бор".
Но, при всем этом добром простодушии, не много надо было наблюдательности, чтобы видеть в нем человека много видевшего и, что называется, "бывалого". Он держался смело, самоуверенно, хотя и без неприятной развязности, и заговорил приятным басом с повадкою.
Это все ничего не значит, - начал он, лениво и мягко выпуская слово за словом из-под густых, вверх, по-гусарски, закрученных седых усов. Я, что вы насчет того света для самоубийцев говорите, что они будто никогда не простятся, не приемлю. И что за них будто некому молиться - это тоже пустяки, потому что есть такой человек, который все их положение самым легким манером очень просто может поправить.
Его спросили: кто же это такой человек, который ведает и исправляет дела самоубийц, после их смерти?
А вот кто-с, - отвечал богатырь-черноризец, - есть в московской епархии* в одном селе попик - прегорчающий пьяница, которого чуть было не расстригли, - так он ими орудует.
Как же вам это известно?
А помилуйте-с, это не я один знаю, а все в московском округе про то знают, потому что это дело шло через самого высокопреосвященного митрополита Филарета.
Вышла маленькая пауза, и кто-то сказал, что все это довольно сомнительно.
Черноризец нимало не обиделся этим замечанием и отвечал:
Да-с, оно по первому взгляду так-с, сомнительно-с. И что тут удивительного, что оно нам сомнительным кажется, когда даже сами его высокопреосвященство долго этому не верили, а потом, получив верные тому доказательства, увидали, что нельзя этому не верить, и поверили?
Пассажиры пристали к иноку с просьбою рассказать эту дивную историю, и он от этого не отказался и начал следующее:
Повествуют так, что пишет будто бы раз один благочинный высокопреосвященному владыке, что будто бы, говорит, так и так, этот попик ужасная пьяница, - пьет вино и в приходе не годится. И оно, это донесение, по одной сущности было справедливо. Владыко и велели прислать к ним этого попика в Москву. Посмотрели на него и видят, что действительно этот попик запивашка, и решили, что быть ему без места. Попик огорчился и даже перестал пить, и все убивается и оплакивает: "До чего, думает, я себя довел, и что мне теперь больше делать, как не руки на себя наложить? Это одно, говорит, мне только и осталося: тогда, по крайней мере, владыка сжалятся над моею несчастною семьею и дочери жениха дадут, чтобы он на мое место заступил семью мою питал". Вот и хорошо: так он порешил настоятельно себя кончить и день к тому определил, но только как был он человек доброй души, то подумал: "Хорошо же; умереть-то я, положим, умру, а ведь я не скотина: я не без души, - куда потом моя душа пойдет?" И стал он от этого часу еще больше скорбеть. Ну, хорошо: скорбит он и скорбит, а владыко решили, что быть ему за его пьянство без места, и легли однажды после трапезы на диванчик с книжкой отдохнуть и заснули. Ну, хорошо: заснули они или этак только воздремали, как вдруг видят, будто к ним в келию двери отворяются. Они и окликнули: "Кто там?" - потому что думали, будто служка им про кого-нибудь доложить пришел; ан, вместо служки, смотрят - входит старец, добрый-предобрый, и владыко его сейчас узнали, что это преподобный Сергий*.
История создания и публикации
Летом 1872 года Лесков совершил путешествие по Ладожскому озеру на острова Валаам, Корелу, где жили монахи. Именно тогда родился замысел истории о русском страннике. К концу года рассказ был написан, озаглавлен «Чернозёмный Телемак» и предложен к публикации редакции журнала «Русский вестник». Однако главный редактор журнала М. Н. Катков отказал, ссылаясь на «сыроватость» произведения.
Повесть впервые была опубликована в газете «Русский мир», с 15 октября по 23 ноября 1873 года, под заглавием «Очарованный странник, его жизнь, опыты, мнения и приключения» и с посвящением С. Е. Кушелеву (именно в его доме Лесков впервые читал повесть).
Художественные особенности
Повествовательная организация повести представляет собой сказ - воспроизведение устной речи, имитацию импровизационного рассказа. Причем воспроизводится не только манера речи рассказчика, Ивана Флягина, но и речевые особенности тех персонажей, о которых он рассказывает.
Повесть делится на 20 глав, первая представляет собой своеобразную экспозицию, пролог, остальные повествуют о жизни героя и являются отдельными, более или менее законченными историями. Логика повествования определяется не хронологией событий, а воспоминаниями и ассоциациями рассказчика («что вспомню, то, извольте, могу рассказать»).
Формально повесть обнаруживает сходство с каноном жития: рассказ о детстве героя, последовательное жизнеописание, борьба с искушениями.
Краткое содержание повести «Очарованный странник»
По дороге к Валааму на Ладожском озере встречаются несколько путников. Один из них, одетый в послушничий подрясник и по виду «типический богатырь», рассказывает, что, имея «Божий дар» к приручиванию лошадей, он, по родительскому обещанию, всю жизнь погибал и никак не мог погибнуть. По просьбе путников бывший конэсер («Я конэсер-с, <…> я в лошадях знаток и при ремонтёрах состоял для их руководствования», - говорит о себе сам герой) Иван Северьяныч, господин Флягин, рассказывает свою жизнь.
Происходя родом из дворовых людей графа К. из Орловской губернии, Иван Северьяныч с детства пристращается к лошадям и однажды «смеха ради» забивает до смерти монаха на возу. Монах является ему ночью и корит за лишение жизни без покаяния. Он же рассказывает Ивану Северьянычу, что тот - «обещанный» Богу сын, и даёт «знамение», что будет он много раз погибать и ни разу не погибнет, до того как придёт настоящая «погибель» и Иван Северьяныч пойдёт в чернецы. Вскоре Иван Северьяныч по прозвищу Голован спасает своих хозяев от неминуемой гибели в страшной пропасти и впадает в милость. Но отрубает хвост хозяйской кошке, которая таскает у него голубей, и в наказание его жестоко порют, а потом отсылают в «аглицкий сад для дорожки молотком камешки бить». Последнее наказание Ивана Северьяныча «домучило», и он решается покончить с жизнью. Уготовленную для смерти верёвку обрезает цыган, с которым Иван Северьяныч уходит от графа, прихватив с собой лошадей. С цыганом Иван Северьяныч расстаётся, и, продав чиновнику серебряный крест, он получает отпускной вид и нанимается «нянькой» к маленькой дочери одного барина. За этой работой Иван Северьяныч сильно скучает, водит девочку и козу на берег реки и спит над лиманом. Здесь он встречает барыню, мать девочки, которая умоляет Ивана Северьяныча отдать ей ребёнка, но он неумолим и даже дерётся с нынешним мужем барыни офицером-уланом. Но когда видит разгневанного приближающегося хозяина, отдаёт ребёнка матери и бежит вместе с ними. Офицер отсылает беспаспортного Ивана Северьяныча прочь, и он идёт в степь, куда татары пригоняют конские косяки.
Хан Джанкар продаёт своих лошадей, а татары назначают цены и за коней борются: садятся друг напротив друга и друг друга плетьми стегут. Когда на продажу выставляют нового красавца коня, Иван Северьяныч не сдерживается и, выступая за одного из ремонтёров, запарывает татарина до смерти. По «христианскому обычаю», его отводят за убийство в полицию, но он убегает от жандармов в самые «Рынь-пески». Татары «подщетинивают» ноги Ивана Северьяныча, чтобы не убежал. Иван Северьяныч передвигается лишь ползком, служит у татар лекарем, тоскует и мечтает о возвращении на родину. У него несколько жён «Наташ» и детей «Колек», которых он жалеет, но слушателям признается, что полюбить их не смог, потому как они «некрещёные». Иван Северьяныч совсем отчаивается попасть домой, но в степь приходят русские миссионеры «свою веру уставлять». Они проповедуют, но отказываются платить за Ивана Северьяныча выкуп, утверждая, что перед Богом «все равны и все равно». Спустя некоторое время одного из них убивают, Иван Северьяныч хоронит его по православному обычаю. Слушателям он объясняет, что «азията в веру надо приводить со страхом», потому как они «смирного бога без угрозы ни за что не уважат». Татары пригоняют из Хивы двух человек, которые приходят коней закупать, чтобы «войну делать». В надежде запугать татар они демонстрируют могущество своего огненного бога Талафы, но Иван Северьяныч обнаруживает ящик с фейерверком, сам представляется Талафой, обращает татар в христианскую веру и, найдя в ящиках «едкую землю», вылечивает ноги.
В степи Иван Северьяныч встречает чувашина, но отказывается с ним идти, потому как тот одновременно почитает и мордовского Керемети, и русского Николая Чудотворца. На пути попадаются русские, они крестятся и пьют водку, но прогоняют «беспаспортного» Ивана Северьяныча. В Астрахани странник попадает в острог, откуда его доставляют в родной город. Отец Илья отлучает его на три года от причастия, но сделавшийся богомольным граф отпускает «на оброк», и Иван Северьяныч устраивается по конской части. После того как он помогает мужикам выбрать хорошую лошадь, о нем идёт слава как о чародее, и каждый требует рассказать «секрет». В том числе и один князь, берущий Ивана Северьяныча к себе на должность конэсера. Иван Северьяныч покупает для князя лошадей, но периодически у него случаются пьяные «выходы», перед которыми он отдаёт князю на сохранность все деньги для покупок. Когда князь продаёт прекрасную лошадь Дидону, Иван Северьяныч сильно печалится, «делает выход», но на этот раз оставляет деньги при себе. Он молится в церкви и отправляется в трактир, где встречает «препус-тейши-пустого» человека, утверждающего, что пьёт, потому как «добровольно на себя слабость взял», чтобы другим легче было, и бросить пить ему христианские чувства не позволяют. Новый знакомый накладывает на Ивана Северьяныча магнетизм для освобождения от «усердного пьянства», а с тем чрезвычайно его поит. Ночью Иван Северьяныч попадает в другой трактир, где тратит все деньги на прекрасную певунью цыганку Грушеньку. Повинившись князю, он узнает, что хозяин и сам за Грушеньку полсотни тысяч отдал, выкупил её из табора и поселил в своём доме. Но князь - человек переменчивый, ему надоедает «любовное слово», от «изумрудов яхонтовых» в сон клонит, к тому же кончаются все деньги.
Отправившись в город, Иван Северьяныч подслушивает разговор князя с бывшей любовницей Евгенией Семеновной и узнает, что его хозяин собирается жениться, а несчастную и искренне полюбившую его Грушеньку хочет выдать замуж за Ивана Северьяныча. Вернувшись домой, он не застаёт цыганку, которую князь тайно отвозит в лес на пчельню. Но Груша сбегает от своих охранниц и, грозя, что станет «стыдною женщиной», просит Ивана Северьяныча её утопить. Иван Северьяныч просьбу исполняет, а сам в поисках скорой смерти выдаёт себя за крестьянского сына и, отдав все деньги монастырю как «вклад за Грушину душу», идёт на войну. Он мечтает погибнуть, но «ни земля, ни вода принимать не хочет», а отличившись в деле, рассказывает полковнику об убийстве цыганки. Но слова эти не подтверждаются направленным запросом, его производят в офицеры и отправляют в отставку с орденом святого Георгия. Воспользовавшись рекомендательным письмом полковника, Иван Северьяныч устраивается «справщиком» в адресный стол, но попадает на ничтожную букву «фиту», служба не ладится, и он уходит в артисты. Но репетиции проходят на страстной неделе, Ивану Северьянычу достаётся изображать «трудную роль» демона, да к тому же, заступись за бедную «дворяночку», он «треплет за вихры» одного из артистов и уходит из театра в монастырь.
Портрет Николая Лескова. Валентин Серов. 1894
Николай Семёнович Лесков (1831–1895) - писатель, о котором говорил, что он «самый русский из наших писателей».
«Я смею, даже, может быть, дерзко думаю, - писал Лесков, - что я знаю русского человека в самую его глубь и не ставлю себе этого ни в какую заслугу. Я не изучал народ по разговорам с петербургскими извозчиками, а я вырос в народе».
Предки Лескова были священниками в селе Лески Орловской губернии. Отсюда вышла родовая фамилия Лесковы. Писатель хорошо знал Библию, церковные традиции и часто обращался к христианским образам и мотивам в своих текстах. Лесков был убежден, что литература призвана поднимать дух человеческий и что «цели евангельские» для нее дороже всех иных.
О книге
Время написания
История создания и замысел
Странник. В. Суриков. 1886
В 1870-е годы у Лескова родилась идея написать цикл рассказов о праведниках. В итоге им было написано 10 произведений: «Кадетский монастырь», «Русский демократ в Польше», «Несмертельный Голован», «Пигмей», «Инженеры-бессребреники», «Человек на часах», «Шерамур», «Однодум» «Левша»и «Очарованный странник». Созданную Лесковым галерею народных характеров, людей, исповедующих православно-христианский идеал добра, странников, Максим Горький назвал «иконостасом праведников и святых».
Лесков считал, что праведники «сильнее других делают историю», а также замечал: «Таких людей достойно знать и в известных случаях жизни подражать им, если есть сила вместить благородный патриотический дух, который согревал их сердце, окрылял слово и руководил поступками».
Замысел «Очарованного странника» возник у писателя летом 1872 года, во время путешествия по Ладожскому озеру на Корелу и . Уже в 1873 году повесть была опубликована в газете «Русский мир» под названием «Очарованный странник, его жизнь, опыты, мнения и приключения». А вскоре вышла отдельная книга «Очарованный странник. Рассказ Н. Лескова».
Валаам. Пихтовая аллея. Художник Александр Александровский. facebook.com/AlexandrovskyArt
Пассажиры судна плывут по Ладожскому озеру на остров Валаам. Среди путников выделяется некто Иван Северьяныч Флягин, одетый в послушничий подрясник. По просьбам спутников мужчина рассказывает им долгую историю своей жизни.
Родившись в семье крепостного крестьянина, он с детства занимался лошадьми, имея к этому особый дар. В 11 лет он из баловства стал причиной гибели старенького монаха. Монах является мальчику во сне, предсказав, что тот будет много раз погибать, но не погибнет и в конце концов уйдет в монастырь. Начинается череда приключений - странствий главного героя, который множество раз меняет род занятий. Он служит помощником кучера, нянькой барского ребенка, лекарем в татарском плену, объездчиком лошадей, участвует в Кавказской войне, работает актером в петербургском театре, чиновником… Наконец, он становится иноком в монастыре. И вот теперь 52-летний Флягин отправляется странствовать по святым местам и оказывается среди попутчиков. Признавшись им, что ему «за народ очень помереть хочется», он заканчивает повествование. После этого очарованный странник впадает «в тихую сосредоточенность», которой никто из собеседников не смеет нарушить.
Особенности
Иван Северьяныч. Иллюстрация Ивана Глазунова, 1973
«Очарованный странник» - необычная повесть. В ней используются мотивы древнерусских житий, народных былин, а также сюжетная схема популярных авантюрных романов.
«Очарованный странник» - житие. Лесков последовательно описывает биографию своего героя, организовав ее как несколько завершенных эпизодов - фрагментов его жизни. Схожим образом строятся жизнеописания святых. Лесковский странник проходит сложный путь от греха к искуплению и покаянию. Он уходит в монастырь, считая, что это предопределено Богом. «Очарованного странника» сближают с житиями видения будущего, открывающегося главному герою, пророческие сны, а также его победа над кознями бесов - традиционный житийный элемент сюжета.
«Очарованный странник» - былина. Ивана Северьяныча Лесков сближает не только с героями житий, но и с персонажами русских былин - богатырями, прославившимися своими подвигами во имя народа. Попутчики Флягина сразу же отмечают его сходство с Ильей Муромцем: «…он был в полном смысле слова богатырь, и притом типический, простодушный, добрый русский богатырь, напоминающий дедушку Илью Муромца…» В одном из эпизодов повести Иван сечется нагайками с киргизом Савакиреем. Этот бой напоминает поединок русского богатыря с противником-басурманом.
«Очарованный странник» - авантюрный роман. Мотив странствий роднит лесковскую повесть с романом приключений. С героем авантюрного романа, так же, как и с Флягиным, случаются самые удивительные происшествия. Он скитается по свету, меняя имена и род занятий, приспосабливаясь к обстоятельствам и спасаясь от гибели.
Также исследователи отмечают сходство повести Лескова с произведениями и . Однако главное, что отличает «Очарованного странника» от всех классических жанров, - это установка автора на документализм, хроникальность изложения. Лесков старается убедить читателя в подлинности событий произведения. На примере судьбы очарованного странника автор доказывает, что настоящая, реальная жизнь может быть гораздо интереснее и непредсказуемее вымышленных литературных сюжетов: «А в жизни, особенно у нас на Руси, происходят иногда вещи, гораздо мудренее всякого вымысла - и между тем такие странности часто остаются незамеченными», - уверен Лесков.
Название
Дорога во ржи. Г. Г. Мясоедов. 1881
Странник Лескова - не простой, а очарованный. Эта очарованность проявляется в ощущении героем предопределенности всего, что с ним происходит. В этой подчиненности высшим силам кроется христианский смысл. С рождения Иван - обещанный Богу ребенок, которого мать вымолила у Господа. «Не своей волей» движим Иван Северьяныч, а Божьей.
Еще одна трактовка слова «очарованный» - восхищенный красотой и многообразием всего окружающего. Эту совершенную красоту странник постоянно встречает на своем пути: находит ее то в заботе о лошадях, то в искреннем и возвышенном чувстве к красавице-цыганке, то в образе Родины, за которую хочет умереть, и, конечно, в природе: «Краса природы совершенство, и за это восхищенному человеку погибнуть… даже радость!»
Смысл произведения
Иллюстрация Николая Кузьмина. 1952
По замыслу автора, в характере и судьбе очарованного странника Ивана Флягина отчетливо слышна общенациональная нота, звучание которой определено православной христианской верой. В нем раскрываются лучшие стороны народного характера: бесстрашие, благородство, простодушие и открытость. Иван Северьяныч понимает православное вероучение как практическое доброделание и добротолюбие.
В «Очарованном страннике» Николай Лесков показывает, как в сложных жизненных обстоятельствах формируется тип «русского праведника», который так необходим людям. Главный герой, убийца и грешник, искупает свою вину и, оказавшись в монастыре, преображается, получает способность пророчествовать и испытывает «наитие вещательного духа». Эволюция, духовное восхождение Ивана Северьяновича происходит постепенно. Каждый эпизод в сюжете повести - это новый этап преображения внутреннего мира героя, восстановление образа Бога в человеке, следующий шаг на пути к служению людям, состраданию ближнему и праведности.
1. Первоначально у «Очарованного странника» было другое название: «Черноземный Телемак». Телемак - герой древнегреческой мифологии, сын хитроумного странника Одиссея. Также название Лескова было стилизовано под заглавия приключенческих, нравоописательных романов XVIII века («Приключения Телемака» Франсуа Фенелона, 1699).
2. В 2002 году композитор Родион Щедрин написал оперу «Очарованный странник», премьера которой состоялась в Нью-Йорке в концертном зале Эвери-Фишер-холл в исполнении Нью-Йоркского филармонического оркестра.
3. Географический масштаб скитаний Флягина огромен. Это Астрахань, Курск, Петербург, Орловщина, Николаев, Каспий, Подмосковье, Пенза, Соловецкие острова, Карачев, Кавказ, Корела.
4. Некоторые исследователи считают, что Лесков построил композицию «Очарованного странника», ориентируясь на житийную икону с клеймами, где на одной доске с главной иконой по периметру размещаются сюжеты, описывающие различные деяния святого. Так и в повести все эпизоды, связанные с жизнью очарованного странника, последовательно показывают его духовное восхождение.
Икона Прокопия Устюжского с житием в 24-х клеймах
Фильм “Очарованный странник”
«Очарованный странник» был дважды экранизирован. В 1963 году вышел черно-белый фильм Ивана Ермакова с Николаем Симоновым в главной роли. А в 1990 году режиссером Ириной Поплавской был снят одноименный фильм, где роль Ивана Флягина исполнил Александр Михайлов.
Кадр из фильма Ирины Поплавской “Очарованный странник”, 1990
Цитаты
Начнешь молиться… и молишься… так молишься, что даже снег инда под коленами протает и где слезы падали - утром травку увидишь.
Всю жизнь свою я погибал и никак не мог погибнуть.
Зришь сам не знаешь куда, и вдруг перед тобой отколь ни возьмется обозначается монастырь или храм, и вспомнишь крещеную землю и заплачешь.
Хотите знать, почему сейчас арабы проституток называют Наташами и как татары издевались над своими пленными – смотрите это видео. Самое известное произведение Николая Лескова – это «Левша». Но кроме «Левши» есть ещё ряд других. Среди них повесть «Очарованный странник». Написал её Лесков в середине 19-го века. Друзья, если у вас нет возможности (времени, желания, сил) читать повесть «Очарованный странник», смотрите это видео и будете знать об этом страннике столько же, сколько и человек, который прочитал Лескова. Повесть «Очарованный странник» состоит из множества коротких историй из жизни главного героя Ивана Флягина. Он – обычный русский мужик, который рассказывает свои истории случайным попутчикам. Хоть он и священник, но считает себя грешником. Священником он стал совсем недавно. Потому что всю жизнь искал своё призвание. С самого рождения находился рядом с лошадьми, потому с легкостью умел с ними ладить. Даже с самыми неуправляемыми. Первая история была о том, как в Россию вызвали одного хваленого специалиста-англичанина, чтобы он усмирил одного коня. Тот не справился. А Иван – смог. После этого англичанин хотел взять его к себе на работу, но испугался самого Ивана. Потом Флягин начал рассказ с самого детства. Как он родился, как на четвереньках ходил между лошадей, которые его не трогали. Когда подрос, то по дурости одного мужика жизни лишил. Тот сонный ехал на возу с сеном. А Иван его плёткой огрел. От неожиданности мужик свалился под колёса своего же воза и… улетел на небо. А мужик тот монахом был. И стал во сне приходить к Ивану. Рассказал, что на небесах общался с его матерью, которая просила передать ему, что он от рождения был обещан Богу, т.е. должен стать священником. - А что, мать сама мне не может об этом во сне сказать? Почему я тебе должен верить? - Мать не может. Правила такие. Но доказательства я тебе предоставлю. Много раз будешь на волосок от смерти, и всякий раз будешь выживать. А когда станет совсем худо, так вспомнишь обо мне и желании служить Богу. Уже очень скоро Иван впервые чуть не умер. Вёз он однажды одного графа из Воронежа. И тут кони к оврагу помчались. В самый последний момент запрыгнул на коней, чтобы остановить их и с ними полетел вниз, а пассажиры остались перед оврагом. Когда Иван пришёл в себя, узнал, что граф его к себе в Воронеж позвал. - Чего хочешь от меня за спасение? - спрашивает граф. - Не знаю. Гармонь хочу. - М-да… Желание. Будет тебе гармонь… На следующий день Иван её и закинул, т.к. играть на ней не умел. Затем Иван рассказал, как злодеем стал. Ухаживал он в барском доме за голубями – голубем и голубкой. Родились у них птенцы. И тут местная кошка стала их тягать. Поймал он как-то ту кошку и избил её. А чтобы убедиться, не сдохла ли она, хвост ей отрубил. Оказалось, что это была хозяйская кошка. Наказали Ивана за это: избили и как Золушку поставили камешки перебирать. Не выдержал парень лихой доли: взял верёвку, пошёл в лес вешаться. Уже в петлю впрыгнул, но упал на землю – какой-то цыган верёвку перерезал. - Ты лучше к нам иди, чем дурака валять. - А вы небось воры? - Ага. - Мошенники? - Ага. - Людей убиваете? - Бывает. - Тогда я с вами. - Хорошо. Проверить тебя надо. Укради барских коней. Не хотелось Ивану этого делать, но… сделал. Проскакали они 100 вёрст до города Карачева. Здесь следует сказать, что я чего-то не понял. От Воронежа до Карачева Брянской области только по прямой 300 км. А верста – это 1 км. Потому… Хрен его знает… Продали там за 300 рублей двух коней. Стали делить. 1 рубль Ивану, 299 – цыгану. Как-то несправедливо. Потому ушёл Иван от этого цыгана. Куда деваться беглому рабу? Пошел к местному чиновнику. Тот говорит: «Дашь хоть немного и я тебе помогу в другой город перебраться». Помог. Оказался Иван в Торжке. Там с рабами было туго. Потому Ивана один барин сразу забрал. Честно рассказал барину всё о себе. Тот говорит: - Лучше тебя мне никого и не надо. Нянькой будешь для моей дочурки. Жена ушла к любовнику, а дочку мне оставила. - Так я же это… не баба… - Выбирай: или здесь нянькой или обратно в Воронеж – камешки перебирать. Привязался очень быстро Иван к этой девочке – всё время вместе проводили, пока барин в карты играл. Однажды, когда Иван был с девочкой, появилась какая-то барыня. Сказала, что её мать. Это та, которая к любовнику от мужа сбежала. Заверила, что её насилу выдали замуж и мужа она никогда не любила. Попросила Ивана отдать ей ребенка. Иван послал её подальше с такими просьбами. Но приходить днём играть с девочкой разрешил и барину о ней не сказал. Еще через несколько дней появился любовник её. Предложил Ивану 1000 рублей за ребёнка. Иван плюнул на эти деньги и кинул их на пол. За такое оскорбление офицер-любовник набросился на Ивана. А Иван-то мужиком здоровым был – быстро скрутил офицерика. Понял парень, что не справится и отступил. Барыня – то к нему, то – к ребёнку. Разрывается. А тут и барин с пистолетом бежит вдалеке. Перемкнуло Ивана – он и отдал им ребёнка и попросил его с собой взять. Взяли. Поехали они в Пензу. Только там офицер говорит, что нельзя беспаспортному Ивану оставаться с ним. Дал ему 200 рублей, поцеловались на прощание, и пошел Иван, куда глаза глядели. Решил пойти в полицию и сдаться. Вот только там все деньги заберут – надо их на себя потратить. «Пойду, - думает, - на ярмарку: чай с крендельками попью». Увидел на ярмарке татар, которые с конями забавлялись, а среди них (татар) – хана Джангара, местного авторитета. Была у этого хана одна кобылица – красавица! Иван сразу заценил. Да и не только Иван. Стали мужики торговаться, чтобы её купить. Двое татар вообще с ума сошли, стараясь перебить цену друг друга. Даже своих дочерей ставили в оплату. Спор решили по-своему – по-татарски. Схватились левыми руками, в правые взяли хлысты и стали друг друга бить по спине, пока один из них обессиленный не упал. А потом хан Джангар еще краше коня выставил на продажу. Заполучить его все хотели, в том числе и офицер-любовник той мамаши. Чтобы долго не торговаться, сразу устроили бой на хлыстах. Кто победит, тот и получит право коня купить за цену, предложенную ханом. Когда бились предыдущие два татарина, Иван внимательно наблюдал. И мужика одного слушал, который ему всё рассказывал о технике боя. Понял Иван, что теперь готов и сам биться. Принял вызов одного татарина. И стали пацаны лупить друг друга по спине. Ударов через 300 не выдержал татарин и свалился мёртвым. Выиграл Иван право для своего офицера коня купить. А сам в бега, т.к. человека всё-таки убил. И убежал он в степи с татарами. 10 лет с ними провел. 34 года ему исполнилось после татарского периода. Лекарем Иван был у них: животных, людей – всех лечил. Как-то хотел Иван уйти от татар – не отпустили. Более того (приготовьтесь неприятное услышать), после попытки побега, чтобы он больше этого не делал, ему разрезали пятки и конскую гриву туда затолкали, а потом зашили. После такого Иван уже не мог нормально ходить – только на коленях передвигался. Да на щиколотках приноровился ковылять. Т.к. татары сделали из него инвалида, стали за ним ухаживать. 4 жены Ивану организовали. Нарожали те ему много детей. Но своими их не считал – некрещёные ведь. Однажды к татарам пришли два русских миссионера – христианскую веру проповедовали. Иван к ним: «Помогите пацаны. Заберите отсюда». - Э-не. Мы для тебя не русские – мы миссионеры. Ты уже христианин – значит ты нам неинтересен. В общем, очень скоро завалили татары этих двоих – не хер был свою веру сюда нести. - Наверное зря они хорошо одетые, с драгоценностями и с деньгами к татарам пришли? – спросили Ивана слушатели. - Нет. Вообще зря пришли. Тут недавно один жид приходил в лохмотьях, веру свою проповедовал. Так татары его пытать стали: «Где мол деньги спрятал?». А когда дышать перестал от пыток, то закопали его по шею в песок. А когда голова почернела, то отрубили её. - Ну а сам-то, как от татар ушел? - Чудом ушел. Талафа помог. Пришли как-то зимой двое индусов к татарам – сделку заключить. Те носом крутят. - Вы, друзья, носом не крутите. А то наш бог Талафа покажет вам свою силу. – говорят индусы. -Ну-ну. Пусть покажет. И ночью началось: искры, огонь в небе, взрывы. От испуга кони сорвались, убежали в степь – татары за ними. Иван понял, что это фейерверк и давай стращать оставшихся татар. Те в штаны наложили, сразу признали Иванова бога Иисуса Христа. Не отходя от кассы Иван в реке татар и покрестил. И понял: сейчас лучшее время, чтобы свалить. В коробке с фейерверками Иван нашел какую-то хитрую землю. Если этой землей втирать в тело, то оно начинало жечь. Иван этой землёй натёр свои больные ноги. Они загноились, и с гноем вышла вся конская щетина. Только об этом он татарам не сказал. Свалил от них и по степи пришёл в Астрахань. Там он много бухал и неизвестно как оказался в другом городе. А оттуда его переслали к барину, хозяину того кота, которому Иван хвост отрубил. Высекли его, паспорт отдали, и рад он этому был безмерно. Пошёл с паспортом по ярмаркам консультировать мужиков при покупке коней. Слава об Иване пошла вокруг. Однажды князь дал ему 100 рублей, чтобы научил с конями обращаться. - Да без проблем. Только здесь дар нужен! Всё, что знал Иван, рассказал этому князю. А только при следующей покупке князь накупил ненужных кляч. Иван рассказал свои впечатления о такой покупке. Предложил тогда князь Ивану стать у него коносэром, т.е. специалистом по коням. Три года мужик честно работал на своего хозяина. В хороших отношениях с князем был. Вот только бухать Иван любил – в запои иногда уходил. Перед такими запоями он все свои сбережения отдавал на сохранение князю. Но однажды князя рядом не оказалось. Тогда Иван стал искать места, где можно было бы спрятать деньги. Всякий раз, когда находил такое место, возвращался к нему, чтобы перепрятать. Понял, что это бес его искушает. И пошёл в трактир! Там он встретил одного лузера – мужика, который раньше был барином, а потом стал нищим, спустив всё в карты. Иван угостил его вином и водкой. Тот сказал, что обладает особым даром – может людей от страсти к алкоголю избавлять. Иван говорит: - Давай! Избавь меня! Напоил он Ивана, загипнотизировал, привёл в какой-то дом. В доме – цыган, его дочка и много гостей. Цыганка танцует и поёт. Вскружила красавица голову Ивану, околдовала его. За каждую её песню по 100 рублей давал. За каждый поцелуй – столько же. И спустил все свои деньги – 5 тысяч. Правда пить перестал с того дня. На следующий день, когда пришёл в себя, рассказал своему князю, что отдал цыганке Груше (Груша – имя такое цыганки) 5 косарей. - Много. А я отдал за неё 50 косарей. Купил её у отца. Теперь цыганка (не хочу её Грушей называть) стала жить с князем. Влюблялась в него потихоньку. Пела песни ему и Ивану. Надолго князя не хватило – натрахался. А дальше что? А ничего. Стал князь часто уезжать в город. Согласен с автором полностью. Отношения, основанные только на сексе, будущего не имеют. Страсть быстро проходит. А находиться рядом с человеком, с которым и поговорить не о чем, долго не получится. Цыганка к Ивану: - Скажи, у него кто-то есть? - Не знаю, - правду сказал Иван. А сам нашёл время, чтобы в город съездить и узнать, где князь пропадает. Приехал к его бывшей – Евгении Семёновне. У князя с ней даже дочурка была. Но он её после родов бросил, когда Евгения раскоровела. Она Ивану и сказала, что бизнес у князя в городе – суконную фабрику купить хочет. И к ней зайти обещал – дочку проведать. Приходит. Няня девочки Ивана к себе в комнату зовёт, чтобы послушать, о чём говорить будут князь с хозяйкой. Князь взглянул на дочку и отправил её с няней в карете покататься. Остались князь с Евгенией вдвоём. Смотрит на неё он и говорит: - Дай денег. 20 тысяч. Куплю фабрику – миллионером стану. - А может тебе надо на бумагах фабрикантом стать, чтобы богатую невесту получить? - Ох ты ж и умная. Может быть. - А с цыганкой как? Ведь любит тебя. - Из Ивана купца сделаю, куплю им дом. Пусть живут вместе. Заложила свой дом Евгения (кстати, который князь подарил ей), чтобы деньги ему дать. Стал Иван ездить по заказчикам договоры заключать. Когда вернулся, то цыганки дома не застал. Все вокруг морозятся – никто ничего рассказывать не хочет. Только одна бабка шепнула, что дней 10 назад князь уехал с ней куда-то, а вернулся уже без неё. «Завалил где-нибудь», - подумал Иван. «Мешала она его свадьбе с богатой дамой». В день свадьбы князя ушел Иван в лес – авось, думает, тело найдёт. Сел на берегу реки и стал звать цыганку. И тут на него из темноты кто-то как наскочит. Это была она – цыганка. Она тоже искала встречи с Иваном. Рассказала ему о поездке с князем. Приехал он из города, посадил её в карету (мол, давай покатаемся) и отвёз далеко в лес. Оставил её там на попечение трём каким-то бабам, а сам свалил. Смогла убежать цыганка от них. Иван говорит: - Давай уедем вместе. А она: - Нет. Люблю я этого, мерзавца. И попросила кое о чём Ивана: - Поклянись, что сделаешь для меня то, о чём я попрошу. - Клянусь! - Убей меня. Не хочу жить. А себя убивать грешно. М-да… Просьба… Любимый человек просит убить себя. Цыганка достала его нож, приставила к сердцу… Толкнул её Иван с обрыва в реку и… всё… Идёт Иван по лесу сам не свой. Встречает деда с бабой, которые ехали на телеге: «Садись, подвезём». - А у нас горе – сына в армию забирают. Помогать некому. (Напомню, что тогда срок службы в армии был 25 лет). Фактически сына своего они уже никогда не увидят. - А хотите я вам помогать буду? Без денег. - Хорошо. Только звать мы тебя будем, как сына – Петром Сердюковым. - Да зовите, как хотите. Дали Ивану 25 рублей и отправили служить на Кавказ вместо своего сына под его именем. Иван был только за: «Авось убьют побыстрее – цыганку снова встречу тогда». 15 лет служил Иван своему государю. Живой… Как-то его отряду нужно было перебраться на другой берег реки, где татары засели. Полковник поручил двум парням в реку прыгнуть с канатом, чтобы его закрепить на другом берегу и потом мост соорудить. Татары из-за камней сразу их положили. За ними и вторую пару солдатиков, и третью. Стало ясно, что миссия невыполнима. Тогда полковник говорит: - Пацаны, кто смертный грех имеет, идите искупите! Иван подумал о цыганке, взял канат в зубы и пошёл в реку. Не задели его пули татарские. Перебрался на другой берег, канат закрепил, татар разбили. Полковник говорит: - Офицером сделаю. - Да не заслуживаю я. Много душ невинных погубил – ни земля, ни вода брать меня не хотят. Сделали Ивана офицером и ушёл он сразу в отставку. Поехал с рекомендательным письмом в Петербург. Устроился на офисную работу – не выдержал долго. Хотел пойти как раньше – кучером. Не берут. Мол, какой же ты кучер? Ты – офицер с орденом. Тебя ни обматерить, ни ударить… Пошёл Иван в артисты – дьявола играл. И в актерстве себя не нашёл. Побил одного жлоба-актёра, который к девушке приставал. И выгнали за это Ивана из труппы, т.к. заступников много было у того актёришки. И пошёл Иван в монастырь. Вот, где ему нравилось – и одет, и обут, и накормлен, и лошадьми занимался. Дали ему там новое имя – отец Измаил. Ну а в монастыре у Ивана крышу сорвало. Бесы к нему по ночам стали приходить. Он их топором убивал. А на утро эти бесы вдруг в корову монастырскую обернулись. Его в погреб спустили – в наказание. Там он пророчествовать стал. Начитался газет о деяниях каких-то монахов и вдруг понял, что война скоро начнётся. И стал об этом говорить. Его из погреба вывели, в избу поселили, лекаря позвали, чтобы сказал, не помешался ли тот. Лекарь говорит: «А хрен его знает. Отпустите его проветриться – пусть погуляет». И вот в этих гуляниях он и встретил слушателей, которым рассказал историю своей жизни. Всё! Когда Иван рассказывал о своих приключениях во время татарского плена, то всех своих жен Наташками называл, а детей – Кольками. Слушатели спросили его: «Почему так?». - А это по-татарски. У них, если взрослый человек – так Иван, а женщина – Наташа, а мальчиков они Кольками кличут. Так и моих жен, хоть они и татарки были, но по мне их все уже русскими числили и Наташками звали. Думаю, вы знаете, что сейчас в арабоязычных странах проституток называют Наташами. Может быть с тех времен еще повелось это.
Повесть "Очарованный странник" была написана Николаем Семеновичем Лесковым (1831 - 1895) в 1872 - 1873 годах. Видимо, замысел повести возник у Лескова во время поездки летом 1872 года в Валаамский монастырь на Ладожском озере.
Впервые произведение Лескова было напечатано в газете "Русский мир" 8 августа - 19 сентября 1873 года под заглавием "Очарованный странник, его жизнь, опыты, мнения и приключения". Год спустя вышло отдельное издание "Очарованный странник. Рассказ Н. Лескова".
Жанрово-композиционное своеобразие повести
"Очарованный странник" - произведение сложного жанрового характера. Это повесть, использующая мотивы древнерусских жизнеописаний святых (житий) и народного эпоса (былин), переосмысляющая сюжетную схему распространенных в литературе ХVIII века романов приключений.
"Очарованный странник" - это своеобразная повесть-биография героя, составленная из нескольких замкнутых, завершенных эпизодов. Сходным образом строятся жития, состоящие из отдельных фрагментов, описывающих разные события из жизни святых. Такой же принцип характерен и для авантюрного романа, романа приключений, с героем которого на его жизненном пути, в его странствиях по свету по воле судьбы случаются самые неожиданные происшествия. Между прочим, само название повести в первом издании было несомненно стилизовано под заглавия русских авантюрных, философских и нравоописательных романов ХVIII столетия.
Элементы житийного жанра и романа приключений в "Очарованном страннике" очевидны. Герой повести, Иван Флягин, подобно персонажу жития, покаявшемуся и преображенному грешнику, идет по миру от греха (бессмысленного "удальского" убиения монашка, убийства цыганки Грушеньки, пусть и совершенного по ее же молению, но все равно, по мысли Флягина, греховного) к покаянию и искуплению вины. Лесковский странник, как и святой - герой жития, уходит в монастырь, и это решение, как он считает, предопределено судьбой, Богом. Повесть сближают с житиями и пророческие сны и видения, открывающие герою, подобно святому, его грядущее.
Обладающие жанрообразующими признаками сюжет и герой повести Лескова напоминают событийную канву и персонажей не только житийной литературы, но и романа приключений. Флягина постоянно подстерегают превратности, он вынужден поменять множество социальных ролей и профессий: крепостной, форейтор, дворовый графа К.; нянька-"смотритель" при малолетнем ребенке; невольник в татарских кочевьях; объездчик лошадей, ремонтер (работник, занимающийся покупкой лошадей для армии); солдат, участник войны на Кавказе; актер в петербургском балагане; справщик столичного адресного стола; послушник в Валаамском монастыре. И эта же, последняя в повести, роль, служение Флягина, не является окончательной в кругу его "метаморфоз". Герой, следуя своему внутреннему голосу, готовится к тому, что "скоро надо будет воевать", ему "за народ очень помереть хочется".
Флягин никогда не может остановиться, застыть, закоснеть в одной роли, "раствориться" в одной службе, подобно герою романа приключений, который вынужден менять профессии, должности, порой даже свое имя, чтобы избегнуть опасности и приспособиться к обстоятельствам. Мотив странствий, постоянного движения в пространстве также роднит "Очарованного странника" с романом приключений. Авантюрный герой так же, как и Флягин, лишен родного дома и в поисках лучшей доли должен скитаться по свету. И странствия Ивана Северьяновича, и скитания авантюрного героя имеют лишь формальное завершение: у персонажей нет определенной цели, достигнув которую они могут успокоиться, остановиться. Уже в этом - отличие повести Лескова от житий - ее прообразов: житийный герой, обретая святость, остается затем неизменным. Если он приходит в монастырь, то этим завершаются его странствия в миру. Путь же лесковского странника открыт, незавершен. Монастырь - лишь одна из "остановок" в его бесконечном путешествии, последнее из описанных в повести мест обитания Флягина, но, возможно, не последнее в его жизни. Не случайно жизнь Флягина (который, кстати, исполняет обязанности послушника, но не постригается в монахи) в обители лишена умиротворенности и душевного спокойствия ("явления" герою бесов и бесенят). Проступки, совершенные послушником Иваном Северьяновичем по рассеянности и невниманию, навлекают на него наказание игумена ("благословили меня без суда в пустой погреб спустить"). Из монастыря Флягина не то отпускают, не то прогоняют в Соловки на поклонение мощам святых Зосимы и Савватия.
Ивана Северьяновича автор сближает не только с героями житий и романов приключений, но и с былинными богатырями. Флягина роднит с героями былин любовь к лошадям, искусство объезжать их. Он повторяет слова, которыми бранит своего коня былинный Илья Муромец: "Ну, тут я вижу, что он (конь - А. Р.) пардону просит, поскорее с него сошел, протер ему глаза, взял за вихор и говорю: "Стой, собачье мясо, песья снедь!", да как дерну его книзу - он на колени и пал..."
В "Очарованном страннике" есть и несколько трансформированный сюжетный мотив, характерный для былин: поединок русского богатыря с воином-басурманином, степняком. Флягин "порется", сечется нагайками с татарином Савакиреем; наградой за победу в состязании служит караковый жеребенок, который скачет "будто едет по воздуху" (ср. полет под облаками богатырского скакуна в былинах).
Повесть Лескова - "средний" (в сравнении с рассказом, с одной стороны, и романом - с другой) жанр, обретающий черты большой эпической формы, героического эпоса. Показательно, что Лесков первоначально намеревался назвать "Очарованного странника" "Русский Телемак" и "Черноземный Телемак", сближая Флягина, ищущего смысл жизни и свое место в ней, с героем гомеровской "Одиссеи", разыскивающим отца. Однако, несмотря на эпическую установку, судьба Флягина не теряет своей единичности, конкретности.
Лесков в письме к литератору и публицисту П.К. Щебальскому от 4 января 1874 года, по-видимому, не соглашаясь с мнением адресата о недостаточной прорисованности характера Флягина, затененного подробными описаниями "среды", замечал: "...почему же лицо самого героя должно непременно стушевываться? Что это за требование? А Дон Кихот, а Телемак, а Чичиков? Почему не идти рядом и среде, и герою?"
И.З. Серман в преамбуле своего комментария к повести Лескова так интерпретировал эти строки: "Форма рассказа о приключениях в "Очарованном страннике" действительно напоминает и разъезды Чичикова по окрестным помещикам, и выезды Дон Кихота в поисках соперников, и даже в какой-то мере роман Фенелона (французского писателя ХVIII века) о странствиях Телемака в поисках Одиссея". Важно, однако, не только сходство "формы рассказа" в повести Лескова и в "Мертвых душах", "Дон Кихоте" и "Приключениях Телемака". Упомянутые в письме Лескова произведения отличает установка на максимально полное, многостороннее изображение реальности и символическое осмысление героя и его странствий. Это истории, в которых описан человек вообще, меняющийся или преображающийся в поисках истины. Параллели к "Очарованному страннику", приводимые Лесковым, - это примеры "эпоса", большой эпической формы в новоевропейской словесности.
Особенности сюжета повести
Известный литературный критик Н.К. Михайловский заметил: "Фабулы в повести, собственно говоря нет, а есть целый ряд фабул, нанизанных, как бусы на нитку. Каждая бусина сама по себе и может быть очень удобно вынута, заменена другою, а можно и еще сколько угодно бусин нанизать на эту же нитку".
В произведении нет сквозного сюжета. События времен молодости героя, Ивана Северьяновича Флягина (служба в должности форейтора при его хозяине, графе К.), прямо никак не связаны с происшествиями, выпавшими на его долю позднее - десятилетней жизнью в татарских степных кочевьях, уходом в монастырь и т. д. Нет в повести Лескова и "сквозных" персонажей, за исключением самого Флягина. Эпизоды, из которых составлена повесть, имеют свой собственный "микросюжет". Микросюжеты выстраиваются следующим образом: 1) спасение Флягиным семьи графа К.; 2) наказание (за месть графининой кошке), порка и бегство от графа; 3) служба в "няньках" и бегство с матерью ребенка и ее любовником; 4) поединок с Савакиреем и уход в степь; 5) возвращение в Россию; 6) служба при князе, история с Грушенькой; 7) солдатская служба; 8) скитания и приход в монастырь; 9) жизнь в монастыре.
В "Очарованном страннике" отражены не только сюжетные элементы житий, былин и авантюрных романов, он не только тяготеет к эпической форме (см. об этом в разд. о жанрово-копозиционном своеобразии повести), но в нем и трансформированы коллизии и сюжетные эпизоды многих классических произведений, в частности, "Кавказского пленника" А.С. Пушкина (пребывание Флягина в неволе у татар), "Цыган" А.С. Пушкина (приворожившая сердце Флягина цыганка Груша). Очевидная литературная основа "Очарованного странника", однако, не свидетельствует об установке автора на восприятие его текста как "вторичного" по отношению к классическим "образцам". Лесков, напротив, хочет продемонстрировать на примере судьбы Флягина, что реальная жизнь более прихотлива и непредсказуема, чем вымышленные сюжеты. Кроме того, соотнесенность с романтическими поэмами Пушкина подчеркивает "странность" (с точки зрения романтической поэтики) поведения героя, не ощущающего ничего необычного в диковинных метаморфозах своей жизни. "Романтические" ситуации (плен, кавказская война) герой Лескова воспринимает прозаически-трезво (отчасти исключение - очарованность Грушей, но и она проявляется в поступках и словах, имеющих мало общего с действиями и речами романтического персонажа).
Все перечисленные выше эпизоды "рассказываются" самим героем. Повествование Флягина о своей судьбе выслушивают путешественники, плывущие на пароходе по Ладожскому озеру; один из них - рассказчик, знакомящий нас с Иваном Северьяновичем и завершающий его историю своим комментарием. Таким образом, "Очарованный странник" в композиционном отношении - "рассказ в рассказе". Такое построение "Очарованного странника" -значимое. Во-первых, так автор придает достоверность рассказу Флягина о невероятных событиях, перипетиях его жизни. Во-вторых, форма "сказа", устной речи от первого лица, произносимой человеком из народа, мотивирует "странную" композицию сюжета: подробное изложение отдельных эпизодов из жизни Флягина и - вместе с тем - предельно краткий рассказ об "экзотической" (с точки зрения образованных слушателей) жизни в плену; затемненное, не описанное Флягиным убийство Грушеньки, совершаемое как бы в тумане; "магическое" преображение Флягина, завороженного женской красотой, преображение, которому придает таинственность рассказ героя, не способного внятно объяснить и внезапную перемену, и предшествовавший ей провал в сознании.
Сказовая форма позволяет автору скрыться "за героем", утаить собственную оценку и отказаться от интерпретации событий. Единственный взгляд на жизнь Ивана Северьяновича - это точка зрения самого персонажа, объяснения и круг представлений которого весьма далеки от авторских. Кстати, этот повествовательный прием внешне напоминает такую особенность героического эпоса, как совпадение авторской точки зрения и видения героя. У Лескова такого совпадения нет, но в тексте авторский "взгляд" и "взгляд" Флягина реально не разграничены, так как прямые авторские высказывания отсутствуют.
Сказовая форма мотивирует и обильное упоребление просторечий, диалектизмов, порой - затейливую народную игру словом.
Многозначен и смысл "рамки" - рассказа, обрамляющего повествование Флягина. Подобно тому, как жизнь Флягина - это постепенное преодоление собственного эгоизма и обуздание своеволия, движение к другим людям, растущее понимание их душ, забот и переживаний, так и сама ситуация рассказывания - это преодоление отчуждения, дистанции между Флягиным и другими пассажирами. Спутники Ивана Северьяновича сначала лишь ждут от него "анекдотов", забавных и интересных историй из быта монастырской братии, священников и дрессировщиков лошадей. Купец, один из слушателей, смотрит на странника немного свысока. Своеобычность и сила натуры Флягина лишь постепенно уясняются его случайными попутчиками. Реакция их как бы программирует, "моделирует" и реакцию читателей повести Лескова, размыкает ее границы. Вместе с тем, роль слушателей - наметить дистанцию между мнениями, представлениями, миром чувств простого человека (бывшего крепостного графов К.) и образованной "публики".
Кроме того, обрамляющий рассказ о поездке на пароходе придает расширительный, символический смысл жизненному "путешествию" Ивана Северьяновича: не только он, но и как бы вся Россия странствует, плывет к неведомой ей цели. Иван Северьянович Флягин - вечный странник, он и о своих прежних скитаниях рассказывает в пути.
Есть у лесковского обрамляющего рассказа и еще один смысл. Незаурядные характеры, личности нередки в народе, и случайная встреча с ними возможна всегда.
Образ главного героя в художественной структуре повести
Образ Ивана Северьяновича Флягина - это единственный "сквозной" образ, соединяющий все эпизоды повести. Как уже отмечалось, он обладает жанрообразующими признаками, т.к. его "жизнеописание" восходит к произведениям с жесткими нормативными схемами, а именно к житиям святых и авантюрным романам. Автор сближает Ивана Северьяновича не только с героями житий и романов приключений, но и с былинными богатырями. Вот как описывает внешность Флягина повествователь: "Этому новому нашему спутнику по виду можно было дать с небольшим лет за пятьдесят; но он был в полном смысле слова богатырь, и притом типический, простодушный, добрый русский богатырь, напоминающий дедушку Илью Муромца в прекрасной картине Верещегина и в поэме графа А. К. Толстого. Казалось, что ему бы не в рясе ходить, а сидеть бы ему на "чубаром" да ездить в лаптищах по лесу и лениво нюхать, как "смолой и земляникой пахнет темный бор"". Характер Флягина многогранен. Основная черта его - "откровенность простой души". Рассказчик уподобляет Флягина "младенцам", которым Бог иногда открывает свои замыслы, таимые от "разумных". Автор перефразирует евангельские речения Христа: "... Иисус сказал: "...славлю Тебя, Отче, Господи неба и земли, что ты утаил сие от мудрых и разумных и открыл то младенцам"" (Евангелие от Матфея, глава 11, стих 25). Мудрыми и разумными Христос иносказательно называет людей с чистым сердцем.
Флягина отличают детская наивность и простодушие. Бесы в его представлениях напоминают большую семью, в которой есть и взрослые, и шкодливые дети-бесенята. Он верит в магическую силу оберега - "тесменного пояска от святого храброго князя Всеволода-Гавриила из Новгорода". Флягин понимает переживания укрощаемых лошадей. Он тонко чувствует красоту природы.
Но, вместе с тем, душе очарованного странника присуща и некоторая черствость, ограниченность (с точки зрения образованного, цивилизованного человека). Иван Северьянович хладнокровно засекает до смерти в поединке татарина и не может понять, почему рассказ об этом истязании ужасает его слушателей. Иван жестоко расправляется с кошкой графининой горничной, задушившей его любимых голубей. Некрещеных детей, прижитых от жен-татарок в Рынь-песках, он не считает своими и оставляет без тени сомнения и сожаления.
Природная доброта уживается в душе Флягина с бессмысленной, бесцельной жестокостью. Так, он, служа нянькой при малолетнем ребенке и нарушая волю его отца, своего хозяина-барина, отдает дитя слезно умолившей Ивана матери и ее любовнику, хотя и знает, что этот поступок лишит его верного пропитания и заставит снова скитаться в поисках пищи и крова. И он же, в отрочестве, из баловства засекает насмерть кнутом уснувшего монаха.
Флягин безогляден в своем удальстве: просто так, бескорыстно, он вступает в состязание с татарином Савакиреем, обещая знакомому офицеру подарить приз - коня. Он весь отдается овладевающим им страстям, пускаясь в пьяный загул. Пораженный красотой и пением цыганки Груши, не колеблясь, дарит ей порученную ему огромную сумму казенных денег.
Натура Флягина одновременно и непоколебимо тверда (он свято исповедует принцип: "Чести моей никому не отдам") и своевольна, податлива, открыта влиянию других и даже внушению. Иван легко усваивает представления татар об оправданности смертельного поединка на нагайках. Доселе не чувствующий завораживающей красоты женщины, он - как бы под воздействием бесед с опустившимся барином-магнетизером и съеденного "магического" сахара-"ментуора" - оказывается очарован первой встречей с Грушей.
Скитания, странствия, своеобразные "искания" Флягина несут "мирскую" окраску. Даже в монастыре он исполняет ту же службу, что в миру, - кучера. Этот мотив - значимый: Флягин, меняя профессии и службы, остается самим собой. Он начинает свой трудный путь с должности форейтора, наездника на лошади в упряжке, и в старости возвращается к кучерским обязанностям.
Служба лесковского героя "при лошадях" не случайна, она обладает неявной, скрытой символичностью. Переменчивая судьба Флягина подобна быстрому бегу лошади, а сам "двужильный" герой, выдержавший и перенесший многие тяготы на своем веку, напоминает крепкого "битюцкого" коня. И флягинская вспыльчивость, и независимость как бы сопоставлены с гордым конским норовом, о котором поведал "очарованный странник" в первой главе лесковского произведения. Укрощение же лошадей Флягиным соотносится с рассказами античных авторов (Плутараха и других) об Александре Македонском, усмирившем и приручившем коня Буцефала.
А подобно герою былин, выезжающему померяться силою "во чисто поле", Флягин соотнесен с открытым, вольным пространством: с дорогой, (странствия Ивана Северьяновича), со степью (десятилетняя жизнь в татарских Рынь-песках), с озерным и морским простором (встреча рассказчика с Флягиным на пароходе, плывущем по Ладожскому озеру, паломничество странника на Соловки). Герой странствует, перемещается в широком, разомкнутом пространстве, являющемся не географическим понятием, но ценностной категорией. Пространство - зримый образ самой жизни, посылающей навстречу герою-путешественнику бедствия и испытания.
В своих скитаниях и путешествиях лесковский персонаж достигает пределов, крайних точек Русской земли: живет в казахской степи, сражается против горцев на Кавказе, идет к Соловецким святыням на Белом море. Флягин оказывается и на северной, и на южной, и на юго-восточной "границах" европейской России. Иван Северьянович не побывал лишь на западном рубеже России. Впрочем, столица у Лескова может символически обозначать именно западную точку российского пространства. (Такое восприятие Петербурга было характерно для русской словесности XVIII века и воссоздано в пушкинском "Медном всаднике"). Пространственный "размах" путешествий Флягина значим: он как бы символизирует широту, безграничность, открытость народной русской души миру. Но широта натуры Флягина - "русского богатыря" вовсе не равнозначна праведности. Лесков неоднократно создавал в своих произведениях образы русских праведников, людей исключительной нравственной чистоты, благородных и добрых до самоотвержения ("Однодум", "Несмертельный Голован", "Кадетский монастырь" и т. д.). Однако Иван Северьянович Флягин не таков. Он как бы олицетворяет русский народный характер со всеми его темными и светлыми сторонами и народный взгляд на мир.
Имя Ивана Флягина - значимое. Он подобен сказочным Ивану-дураку и Ивану-царевичу, проходящим через разные испытания. От своей "дурости", нравственной черствости Иван в этих испытаниях излечивается, освобождается. Но нравственные идеалы и нормы лесковского очарованного странника не совпадают с моральными принципами его цивилизованных собеседников и самого автора. Нравственность Флягина - это естественная, "простонародная" нравственность.
Не случайно и отчество лесковского героя - Северьянович (severus - по латыни: суровый). Фамилия говорит, с одной стороны, о былой склонности к питию и загулам, с другой, - как бы напоминает о библейском образе человека как сосуда, а праведника - как чистого сосуда Божия.
Жизненный путь Флягина отчасти представляет собой искупление его грехов: "молодеческого" убийства монаха, а также убийства оставленной любовником-князем Грушеньки, совершаемого по ее мольбе. Темная, эгоистическая, "животная" сила, свойственная Ивану в юности, постепенно просветляется, наполняется нравственным самосознанием. На склоне жизни Иван Северьянович готов "помереть за народ", за других. Но от многих поступков, предосудительных для образованных, "цивилизованных" слушателей, очарованный странник не отрекается по-прежнему, не находя в них ничего дурного.
В этом не только ограниченность, но и цельность характера главного героя, лишенного противоречий, внутренней борьбы и самоанализа, что, как и мотив предопределенности его судьбы, сближает повесть Лескова с классическим, античным героическим эпосом. Б.С. Дыханова так характеризует представления Флягина о своей судьбе: "По убеждению героя, его предназначение в том, что он - сын "моленый" и "обещанный", обязан посвятить свою жизнь служению богу, и монастырь должен, казалось бы, восприниматься как неизбежный конец пути, обретение истинного призвания. Слушатели неоднократно задают вопрос о том, исполнилось или нет предопределение, но всякий раз Флягин уклоняется от прямого ответа.
"Почему же вы это так... как будто не наверное говорите?
Да потому, что как же наверное сказать, когда я всей моей обширной протекшей жизненности даже обнять не могу?
Это от чего?
Оттого-с, что я многое даже не своей волею делал".
При внешней непоследовательности ответов Флягина, он здесь поразительно точен. "Дерзость призвания" неотделима от собственной воли, собственного выбора, а взаимодействие воли человека с независящими от нее жизненными обстоятельствами и порождает то живое противоречие, которое можно объяснить, только сохранив его. Для того, чтобы уяснить, в чем его призвание, Флягину приходится рассказывать свою жизнь "с самого первоначала"". Жизнь Флягина причудлива, "мозаична", она как бы распадается на несколько самостоятельных "биографий": герой множество раз меняет род занятий, наконец, дважды лишается собственного имени (уходя в солдаты вместо рекрута-крестьянина, затем - принимая монашество). Иван Северьянович может представить единство, цельность своей жизни, лишь пересказав ее всю, от самого рождения. Внутреннюю связность случившемуся с Флягиным придает мотив предопределенности. В этой предопределенности судьбы героя, в подчиненности и "завороженности" какой-то властвующей над ним силой, "не своей волей", которой движим Флягин, - смысл названия повести.
В судьбе, в поступках лесковского героя причудливо переплелись возвышенное и комическое. Комическое, смешное подчас оказывается формой, оболочкой серьезного. Очарованность Грушенькой, захватившая Ивана, - чувство искреннее, высокое, беспредельно-глубокое, но мотивировано оно почти комически: любовь к цыганке внушает полупьяному Флягину опустившийся барин-магнитезер своими гипнотическими речами и неким чудодейственным сахаром.
Улыбку должен вызвать рассказ Флягина об открывшемся в нем пророческом даре и "прорицаниях" и "вещаниях", произносимых им из погреба. Безусловно, отношение образованного ("цивилизованного") автора к "прорицаниям" Флягина иронично. Но ирония направлена на "форму" пророчеств, а не на их "содержание". Флягину действительно свойственны то интуитивное чувство правды и безогляднсть в ее отстаивании, которые отличали пророков. Поэтому бестрепетная готовность Флягина к пророческому служению вызывает уважение у повествователя.
На характер героя и его судьбу проливают свет "сны" и "видения", исполняющие в повести роль пророчеств, предопределяя жизнь Флягина, даже вопреки его намерениям. "Сновидения" бывают порой опоэтизированными, как в "явлении" убитого Флягиным монаха: "Ан вдруг вижу: это надо мною стоит тот монах с бабьим лицом, которого я давно, форейтором будучи, кнутом засек. А он так ласково звенит: "Пойдем, Иван, пойдем! тебе еще много надо терпеть, а потом достигнешь". А он вдруг опять облаком сделался и сквозь себя показал мне и сам не знаю что: степь, люди такие дикие, сарацины, как вот бывают при сказках в Еруслане и Бове Королевиче, в больших шапках лохматых и с стрелами, на страшных диких конях. И с этим, что вижу, послышались мне и гогот, и ржанье, и дикий смех (приметы бесов, бесовского поведения в житиях. - А. Р.), а потом вдруг вихорь... взмело песок тучею, и нет ничего, только где-то тонко колокол тихо звенит, и весь как алою зарею облитый большой белый монастырь на вершине показывается, а по стенам крылатые ангелы с золотыми копьями ходят, а вокруг море, и как который ангел по щиту копьем ударит, так сейчас вокруг всего монастыря море всколышется и заплещет, а из бездны страшные голоса вопиют: "Свят!"".
Порой "видения", в сценах с бесами и бесенятами, описаны с откровенным комизмом: "Да ведь ребятишки, и притом их там, в аду, очень много, а дела им при готовых харчах никакого нет, вот они и просятся на землю поучиться смущать, и балуются, и чем человек хочет быть в своем звании солиднее, тем они ему больше досаждают. Подставят, например, вам что-нибудь такое или подсунут, а опрокинешь или расшибешь и кого-нибудь там смутишь и разгневаешь, а им это первое удовольствие ".
Эти "сны" и "видения", не только играющие роль предсказаний (как в первом примере), но и раскрывающие многогранность натуры героя, богатство его воображения, лишены, однако, таинственности, загадочности, необычности (по сравнению с романтическими произведениями): для такого "непосредственного" героя, каким является Флягин, сверхреальное, мистическое, и повседневное не отделены друг от друга.
Нравственный идеал Н.С. Лескова
Поступки Флягина лишены авторской оценки, но Лескову симпатичны такие черты героя, как широта, открытость миру, благородство, чувство чести и сострадания, готовность заступиться за обиженных, простодушие и наивность, бесстрашие и бескорыстие, наконец, способность к "праведным" деяниям (не случайно прозвище Ивана в юности - "Голован", - перекликающееся с прозвищем героя-праведника из повести "Несмертельный Голован"), т.е. именно те свойства, которые отражают светлые, идеальные стороны русского народного характера.
Лескову близка и понятна детски-народная религиозность Флягина, в которой отсутствует полное осуждение и отвержение грешников (рассказ героя о священнике, молившемся за самоубийц, который противопоставлен митрополиту Филарету, олицетворявшему в произведениях Лескова консервативное начало в православии).
В конце повести Лесков дает прямую характеристику своему герою, подчеркивая кротость и сердечную мудрость, сближающую его с праведниками.
Жизнь Флягина и его путь остаются незавершенными, а сам образ "очарованного странника" запечатлел цельный русский характер.
Говоря словами Л. Аннинского, Лесков "ощущал странное противоречивое целое в дробной и дробящейся, рассыпающейся и пересыпающейся российской реальности. То самое целое, которое через миф и легенду держит и питает самосознание народа, не давая ему распасться".
ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ ЛИТЕРАТУРА
Столярова Н.В. Очарованный странник.//Столярова Н.В. В поисках идеала (Творчество Лескова). Л., 1978.
Дыханова Б.С. "Запечатленный ангел" и "Очарованный странник" Н.С. Лескова. М., 1980.
Хализев В., Майорова О. Лесковская концепция праведничества" //В мире Лескова. М., 1983.
Горелов А.А. Н.С. Лесков и народная культура. Л., 1988.
Гунн Г. Очарованная Русь. М., 1990. С. 6-44.
Аннинский Л. Почва правды. 4. Очарование и странность очарованного странника //Лесков Н.С. Собрание сочинений: В шести томах. Т. 5. М., 1993. С. 54-63.
Примечания:
Лесков Н.С. Собрание сочинений В 11 тт. М., 1958. Т. 10. С. 552.
Михайловский Н.К. Литературные очерки. Русское богатство. 6/1897. С. 97.
Ср. замечания И.З. Сермана (Лесков Н.С. Собрание сочинений в 11 тт. Т. 4. С. 552-553) и Л.А. Аннинского (Аннинский Л. Почва правды. Очарование и странность очарованного странника//Лесков Н.С. Собр. соч. В 6 тт. М., 1993. Т. 5. С. 56).
Имеется в виду картина В.Н. Верещагина «Илья Муромец на пиру у князя Владимира» (1871) и баллада А.К. Толстого «Илья Муромец» (1871). Ниже цитируется эта баллада.
Именно «как бы символизирует». Символичночть деталей, вещей, пространства, передвижения в нем героя у Лескова неявная, неакцентированная. Она обычно скрыта в подтексте его произведений и становится очевидной при соотнесении их с текстами или жанрами-образцами, играющими роль ключа-кода к сочинениям самого Лескова. В случае «Очарованного странника» такие тексты и жанры - прежде всего жития и былины.
«Остановка» Флягина в Петербурге оказалась кратковременной, потому что бюрократический, холодный, как бы расписанный по жестким правилам мир столицы отторгает Ивана Северьяновича, чья душевная широта и неуемность не сочетается с петербургской «узостью». По сравнению с остальной Россией, Петербург - город искусственный, театрализованный: не случайны и недолгая работа Флягина справщиком в адресном столе, и его служба в актерах, завершившаяся скандалом (герой заступается за «фею», оскорбляемую «принцем», и теряет место).
Такая черта характера Флягина приводит иногда исследователей к неточным выводам. Так, П.П. Громов и Б.М. Эйхенбаум полагают, что необъяснимое решение Ивана отдать «барского» ребенка его матери - «это не заговоривший вдруг голос совести, а чистая и, так сказать, последовательная и безрассудная случайность, как единственная норма внутренней жизни. Именно это полное безразличие к добру и злу, отсутствие внутренних критериев и гонит странника по миру. (Громов П., Эйхенбаум Б. Н.С. Лесков Очерк творчества//Лесков Н.С. Собр. соч. в 11тт. М., 1956. Т. 1. С. 17.) Ср. полемику с этим мнением в кн. Дыхановой Б. «Запечатленный ангел» и «Очарованный странник» Н.С. Лескова. М., 1980. С. 120-121.
Дыханова Б. «Запечатленный ангел» и «Очарованный странник» Н.С. Лескова. С. 108-109.
Аннинский Л. Почва правды//Лесков Н.С. Собр соч.: В 6 тт. Т. 5. С. 108.