Монолог молодой девушки. Юмористические монологи для женщин - готовые тексты

Я тут белый «опель» остановил. Ну, жезлом, знаете, палка такая для МенеджМента. Водитель выходит – лыка не вяжет, перегар, глаза красные. «Всё, говорю, отъездился! Давай права, иди пешком». – «Так не честно, давайте я в трубочку дуну, посмотрим…» — «Чё…

Я 50 лет в цирке проработал, а с вами, господин директор, работать не буду! Такую лошадь списать! Всё! Хватит! Вот моё заявление!.. Подождите! Заходи, Вера!.. Посмотрите на её зубы! Молодуха! Вера, хватит ржать, не смешно, тебя хотят списать!.. Да ничего…

Встречаются в прихожей квартиры 1-го. 1 Привет-привет, заходи-заходи, братан… Ну, давай поцелуемся. Сколько лет, сколько зим!.. А где жена? Обещал же привезти! 12 лет женат, а ты её со мной так и не познакомил!! Может, ты вообще холостой? 2 Знакомься.…

(Пёс – абсолютный пофигист. Умный и ленивый. Команды пограничника выполняет не сразу, нехотя. Думает вслух. Пограничник его не слышит. Зато пес всё слышит и понимает. Выходят вместе. Пограничник впереди). -Так… Как там тебя? (строго) Сидеть! (Пёс медленно, по барски садится в…

Письмо от сыночки получила, не знаю, что и думать! Он у меня в армии! Сначала пишет, чтоб я за Юлькой следила, за невестой его… А чё следить? У Юльки харизьма – жуть! А так хозяйственная. Поросей держит. Уж я её…

Нас с тещей гаишник остановил… Пьяненький. И про тещу мою вдруг говорит: «А эта кто, толстая?!» А теща у меня большая очень, и у неё в этот день украли сумку… а в парикмахерской слишком коротко остригли… а на рынке продали…

Юрок! Вовчик! Всё! Спать, никаких сказок! Дедушка очень устал, и нога болит. Одну? Только одну! Добрую или страшную? Страшную тебе? Описаешься опять. А тебе добрую? Про Колобка? В общем, рассказываю одну — страшно добрую. Жили-были добрый-предобрый дедушка… и бабка! Старые…

Алё! Я сказал, никуда я не поеду и ничего переписывать не буду! Заболел я… «Съешьте таблетку»! Вы даже не спросили, чем я заболел!.. Рассказываю: Какое ваше дело?! И вообще! Автору не обязательно присутствовать на репетиции! …Правка? Хорошо, так и быть,…

Серёня приехал ко мне в ночь с 31 декабря на 1-е, когда уж легли все. Здорово! – говорит. — С Новым годом! Фу! Лифт-то у тебя, однако, импотент!.. А по лицу-то твоему и не скажешь, что телеграмму-то нашу получал! Ну,…

Жила в лесу Лиса. Красивая, лисов из окрестных лесов с ума сводила. Очень они хотели с ней жить-поживать, добра наживать, но повадились в лес охотники. Пальба по лесу, капканы по тропкам, собаки брешут, а вечерами костры, бутылки в кусты летят,…

Алё, мам! У нас свет отключили, уже два часа ночи, а Коли еще нет!… Мама, при чем тут Фидель Кастро?.. Феназепам? Спокойной ночи, мама! …Алё, Рит! Это я опять. Колька ночевать не пришел! Он не у тебя? Да не считаю…

У моего-то вторая жена-то какая артистка была! Гений! Вот она, скажем… …Не, я не третья, я четвертая у него… Третью-то посадили, кстати, с полной конфискацией имущества… Так вот эта артистка, которая вторая-то у моего была, — талантище!.. …Третью-то с полной…

Меня, сколько помню, везде забывали. Папа в роддоме маме цветы вручил, поцеловал, в такси посадил, и уехали. А я на скамейке лежу, в одеяло писаю и думаю: вырасту – космонавтом буду. Дедушка, когда я родился, вообще, думал, что родители щенка…

Я ей говорю: «От обезьян!» Она мне: «От ангелов»! Я ей: «От обезьян!!» Она: «От ангелов!!» — «Да ты на себя-то, говорю, посмотри! Могли ангелы такое сотворить?!! Дарвина почитай!» Купил ей микроскоп: «На, смотри! Где там ангелы?» — «О-ой!.. Микроб!..…

Алё! Ритка, ты? …Откуда звоню? С неба звоню! Лечу в затяжном прыжке! Пять тысяч метров! …Так я ж мастер спорта! …Какой бобслей!? …Это я-то бабник?!! Да сама ты бабник!!! …Дурочка! Алё, Светуль? Привет! Догадайся, откуда звоню?.. Ну, думай, думай, подо…

Але, это Иван Иваныч? А вот вы во сколько утром из дома выходите? А вы лифтом или по лестнице?.. Я не лифтер, мне просто вас заказали… Ну, как заказали… Дали аванс, гранату и вашу фотографию, вы на ней, кстати, очень…

Монолог — та часть актерского представления, в которой артисту предоставляется полная свобода самовыражения (в пределах образа, разумеется). Он может говорить страстно и пылко, может покрываться пятнами от гнева и брызгать слюной, а может говорить тихо, но очень проникновенно. И многие актеры реализовали такую возможность на все сто.

Сильных монологов в кино много, но сайт kinowar.com отобрал 15 самых сильных из них.

Одна из самых сильных и циничных фраз беспринципного Гордона Гекко вошла в историю не только, потому что ее прекрасно исполнил оскароносный Майкл Дуглас , но и потому что она действительно отображает суть и законы, которые действуют в мире больших денег и по сей день.

Тарантино всегда умел делать крутые монологи, которые хочется цитировать. Особенно, когда они так сочно сняты и сыграны. Один из самых ярких монологов — цитирование Сэмюэлем Л. Джексоном вымышленного отрывка из Библии.

Вся суть военного обучения заключена в этом фильме авторства Стэнли Кубрика . Сильнейшее вступление для фильма заключено во фразах «классического военного» сержанта Хартмана: «У меня здесь нет расовой дискриминации. Мне насрать на черножопых, на жидов, на макаронников и на латиносов. Вы все здесь — одинаково никчёмны!»

Джек Николсон — человек с невероятными актерскими данными. Он в состоянии превратить любой момент в произведение искусства. Из всех его запоминающихся ролей особенно хочется вспомнить его монолог из фильма «Несколько хороших парней», в котором вы не только чувствуете довлеющее напряжение, но и, кажется, можете ощутить стальной внутренний стержень несломленного человека.

Полковник Курц, которого исполнил Марлон Брандо , страшен настолько, насколько может быть страшным самый заветный ужас. Особенно интересно это понимать в том смысле, что практически все монологи Брандо были импровизацией, а постановка кадра была выбрана таким образом из-за того, что у него были проблемы с лишним весом. В любом случае, этот фильм стал шедевром мирового кинематографа, и во многом благодаря этой сцене.

ВНИМАНИЕ! Сцена содержит спойлеры.

Поистине вершина творческого мастерства двух мэтров — Дэниэла Дэй-Льюиса и Пола Андерсона — стала одной из самых знаковых в истории кинематографа. Иначе быть и не может, ведь отчаявшийся, престарелый, одичавший нефтедобытчик убивает священника. И делает это так, что кажется, что это делает сам Сатана. Браво!

Улыбчивый и оптимистичный с виду Робин Уильямс всегда был прекрасным мотиватором. Его роли и актерская игра заряжали и вызывали желание жить, смеяться, менять все к лучшему. Конечно, мы знаем, что его судьба сложилась трагическим образом, но в его фильмах он останется таким навсегда.

Этот момент до сих пор является Библией для тех, кто когда-либо сталкивался с продажей. Невероятная напористая игра Алека Болдуина , после которой хочется продать весь мир, чтобы доказать самому себе, что у тебя стальные яйца.

История, которая леденит кровь своей жестокостью, правдивостью и натурализмом. Описание последней крупной трагедии ВМС США во Второй мировой войне рисует ужасную картину встречи с акулой. Детали леденят кровь и позволяют зрителю понять и представить то, о чем он скорее всего никогда бы не хотел даже слышать.

Драматический монолог умирающего андроида Роя Батти, частично позаимствованный у Фридриха Ницше, давно стал иконой в мире научной фантастики. Невероятная концовка фильма и не менее сочное наполнение драматической кульминации, которое окончательно призвано ответить на вопрос: снятся ли андроидам электроовцы?

Альтернативная философия жизни современного мужчины, воплощенная в одном из лучших фильмов за всю историю. Персонаж Брэда Питта ставит на место все вопросы мироздания всего за одну минуту. Именно этот момент становится сильнейшим манифестом, признавая ужасные, но простые истины каждого дня.

Лицо знаменитого мстителя V так никто и не видел. Актер Хьюго Уивинг , который исполняет эту роль, прекрасно владеет голосом, и именно благодаря его голосу удалось создать атмосферу, от которой замирает сердце.

ВНИМАНИЕ! Сцена содержит спойлеры.

Об этом фильме можно говорить бесконечно. Мы лишь добавим, что монолог Шиндлера может вызвать самые сильные эмоции у каждого, кто будет его смотреть.

Последним (но не по значению) вне списка пятнадцати мы приведем всеми любимого Аль Пачино . Потому что он чертовски хорош и убедителен.

ВНИМАНИЕ! Сцены содержат спойлеры.

Роберт Дюваль, «Апокалипсис сегодня» (1979):

Чувствуешь этот запах? Ты его чувствуешь? Это напалм, сынок. Люблю запах напалма поутру. Знаешь, как-то бомбили холм двенадцать часов подряд. Когда все закончилось, я поднялся на него. Никого там уже не осталось, ни одного вонючего узкоглазого. И запах... этот запах бензина, по всему холму. Пахло... победой. Когда-нибудь эта война закончится...

Джек Николсон, «Несколько хороших парней» (1992):

Ты не можешь принять правду! Сынок, мы живем в мире, окруженном стенами. И стены эти охраняют люди с оружием. Кто будет это делать? Ты? Лейтенант Вайнберг? На мне больше ответственности, чем ты себе можешь даже представить. Можешь плакать по Сантьяго, проклинать Маринес. Ты себе можешь это позволить. Позволить не знать то, что знаю я – смерть Саньяго, при всей ее трагичности, может, спасла не одну жизнь. И то, что я живу, тоже спасает жизни, каким бы абсурдным и непонятным я тебе не казался.

Марлон Брандо, «В порту» (1954):

Помнишь ту ночь в саду? Ты спустился ко мне в раздевалку и сказал: «Парень, сегодня не твоя ночь. Мы едем прицениваться к Вилсону»... Ты был моим братом, Чарли. Ты должен был присмотреть за мной, и мне б не нужно было зарабатывать эти дурацкие копейки. У меня были задатки. Я мог подняться, но очутился на дне. А я и есть сейчас этим самым дном. Посмотри же!

Сэмюэль Эл Джексон, «Криминальное чтиво» (1994):

Путь благочестивого человека со всех сторон окружен несправедливостью эгоистичных и жестокостью грешных представителей рода человеческого. Благословлен тот, кто во имя милосердия и благожелательности ведет слабых через тьму, ибо он воистину помогает брату своему и ищет загубленных сыновей. Я буду полон праведного гнева и огня мщения тому, кто намеревается отравить и истребить моих братьев. И ты узнаешь, что имя мое Господь, когда я отмщение мое будет возложено на тебя.

Майкл Дуглас, «Уолл Стрит» (1976):

Дело в том, леди и джентльмены, что жадность, если не сказать иначе, прекрасна. Жадность права. Жадность дает результаты. Жадность разъясняет, проталкивает вас и помогает ощутить этот самый вкус эволюции. Жадность как жажда во всех ее формах – жажда жизни, денег, любви, знаний – и стала двигателем человечества. И Жадность – запомните мои слова – не только спасет Телдер Пейпер, но и всю эту хромую корпорацию под названием США.

Питер Финч, «Сеть» (1976):

Мне не нужно говорить тебе, что дела идут плохо. Это и так все знают. Каждый сейчас или без работы или живет в страхе ее потерять. Доллар стоит сегодня пять центов, банки лопаются, в каждом магазине под кассой держат ружье, на улицах полно обезумевших придурков, и никто нигде не знает, что делать, и неизвестно, закончится ли это.

Эван МакГрегор, «На игле» (1996):

Выбирай жизнь. Выбирай работу. Выбирай карьеру. Выбирай семью. Выбирай большие телевизоры, стиральные машины, автомобили, компакт-диск плэйеры, электрические консевные ножи. Выбирай хорошее здоровье, низкий уровень холестерина и стоматологическую страховку. Выбирай стабильные проценты по кредитам. Выбери свой первый дом. Выбирай своих друзей. Выбирай будущее... Выбирай жизнь...

Клинт Иствуд, «Грязный Гарри» (1971):

Я знаю о чем ты думаешь: пять раз он стрелял или шесть. Честно говоря, в этой суматохе я и сам сбился со счета. Это Магнум-44, самый мощный револьвер в мире. Он может снести тебе башку, тебе надо лишь спросить, повезет или нет. Ну как, урод?

Ричард И. Грант «Уизнейл и я» (1987):

Каким произведением искусства является мужчина, сколько благородства в разуме, какое бесконечное количество талантов, поистине неземная способность мыслить, как у ангела, как у Бога! Красота мира, идеал всего живого, но в тоже время для меня мужчина – это мрак. Мужчина не восхищает меня, не восхищает женщин, даже женщин...

Мел Гибсон, «Храброе сердце» (1995):

Ты пришел сражаться, как свободный человек, и ты свободен. Что ты станешь делать с этой свободой? Будешь бороться? Сражайся и можешь умереть, беги и будешь жить. Сколько – скажет судьба. А умирая в кровати, столько лет спустя, вам до боли захочется снова обратить все назад, вернуться сюда и крикнуть нашим врагам, что они могут забрать у нас жизнь, но никогда не смогут отобрать нашу свободу!

Джейсон Стетхем, "Револьвер" (2005)

Есть в каждом из нас что-то такое, о чем мы даже не подозреваем. То существование, которое мы будем отрицать до тех самых пор, пока не будет слишком поздно и это что-то потеряет для нас всякий смысл. Именно это заставляет нас подниматься по утрам с постели, терпеть, когда нас донимает занудный босс, терпеть кровь, пот, слёзы... А всё потому, что нам хочется показать другим какие мы на самом деле хорошие, красивые, щедрые, забавные и умные. Можете меня бояться или почитать, только, пожалуйста, не считайте меня таким же, как все. Нас объединяет это пристрастие, мы наркоманы, сидящие на игле одобрения и признания, мы готовы на всё, лишь бы нас похлопали по плечу и подарили золотые часы или прокричали: "Гип, гип, мать его так, ура!", "Смотрите какой умный мальчик завоевал очередную медальку, а теперь натирает до блеска свой любимый кубок!". Всё это сводит нас с ума. Мы не более, чем обезьяны, нацепившие на себя костюмы и страждущие признания других. Если бы мы это понимали, мы бы так не делали. Но кто-то специально скрывает от нас истину. И если бы у вас появился шанс начать всё сначала, вы бы непременно спросили себя: "Почему?".

Гийом Кане, "Влюбись в меня, если осмелишься (2003)

Счастье в чистом виде. Грубое, природное, вулканическое. Это было лучше всего. Лучше наркотиков, лучше героина. Лучше, чем допинг, кокс, крэк, дурь, гашиш, конопля, марихуана, ЛСД, кислота и экстази. Лучше, чем секс, селекция, групповуха, мастурбация, тантризм, камасутра, «тайская тележка». Лучше, чем арахисовое масло, бананово-молочный коктейль. Лучше, чем трилогия Джорджа Лукаса. Лучше, чем все «Маппет-шоу». Лучше, чем конец 2001 года. Лучше, чем виляющая бедрами Мерилин, Лара Крофт, Наоми Кэмпбелл, и лучше, чем родинка Синди Кроуфорд. Лучше, чем соло Хэндрикса, чем шаги Нила Армстронга по Луне, чем хоровод вокруг елки, чем состояние Билла Гейтса. Лучше, чем все трансы Далай Ламы, чем все уколы тестостерона Шварценеггера и колагеновые губы Памеллы Андерсон. Лучше, чем Вудсток и оргазмические рейвы. Лучше глюков Де Сада, Рембо, Моррисона и Кастанеды. Лучше, чем свобода. Лучше, чем жизнь!

Чтобы успешно пройти прослушивание или покорить театральных зрителей, актеру важно правильно выбрать свой монолог. В нашем обзоре – 10 оригинальных монологов, популярных на Западе.

1. Клаудио - «Мера за меру» (Уильям Шекспир)

В пьесе есть яркий монолог главного героя, адресованный его сестре. Клаудио арестован за свое непристойное поведение, и Изабелла, навещая его в тюрьме, говорит ему, что не пожертвует своей невинностью, чтобы спасти его жизнь. Клаудио пытается объяснить сестре, насколько отчаянно его положение и как он несчастен.

2. Тринкуло - «Буря» (Уильям Шекспир)

Тринкуло – характерный персонаж, с острым чувством юмора. Монолог, произнося который, Тринкуло ищет укрытие от бури, пестрит забавными деталями и оборотами, ведь Тринкуло испытывает отвращение от всего, что видит, чувствует и слышит.

3. Виола - «Двенадцатая ночь» (Уильям Шекспир)

По мере того, как Виола все более запутывается в сложных обстоятельствах, она произносит чудесный монолог. Как часто вам приходится не только притворяться мужчиной, но и стать объектом любви прекрасной женщины?

4. «Чайка» - Константин (Антон Чехов)

Константин рассуждает об отношениях со своей матерью. Произнося печальный и трогательный монолог, герой доказывает своему дяде, что мать его не любит.

5. «Чайка» - Маша (Антон Чехов)

У Маши есть прекрасный монолог о ее будущем муже, учителе, который любит ее и которого она терпеть не может.

6. «Мечтательница» - Джорджи (Элмер Райс)

Главная героиня пьесы, Джорджи, просыпается и разговаривает с зеркалом, собираясь на работу. Монолог очаровательный, смешной и очень искренний.

7. «Приглашение в Март» - Камилла (Артур Лорентс)

Женщина среднего возраста, Камилла, обращается к публике, объясняя, кто она, где она живет, чего она хочет и как она это получит. Монолог забавный и близкий к жизни.

8. «Записки негодяя» - Глумов (Александр Островский)

Главный герой пьесы, Глумов, обращается к своей возлюбленной, Клеопатре. Печальный, трогательный и прекрасный монолог.

9. «Страх и отчаяние в Третьей империи» - Еврейская женщина (Бертольт Брехт)

Очень длинный (около 20 минут)и сильный монолог. Еврейская женщина разговаривает сама с собой, а затем со своим мужем (не евреем), собирая чемоданы, перед тем как оставить его. Она чувствует, что ее религия разрушит его жизнь, а он не пытается ее переубедить.

10. «Клео, Кемпинг, Эммануэль и Дик» - Имоджен (Терри Джонсон)

В забавной современной пьесе о киноиндустрии, Имоджен, сексуальная, привлекательная актриса, которая выпила лишнего, рассказывает любому, кто согласиться ее послушать, что она хочет, чтобы ее запомнили, как актрису, а не как женщину с красивой грудью.

Доходное место (1856г)

Монологи Анны Павловны

(жена Вышнвского; молодая женщина)

Действие пятое, явление первое

Читает:

"Милостивая государыня, Анна Павловна! Извините меня, если мое письмо вам не понравится; ваши поступки со мной оправдывают и мои. Я слышал, что вы смеетесь надо мной и показываете посторонним мои письма, писанные с увлечением и в порыве страсти. Вы не можете не знать моего положения в обществе и сколько компрометирует меня такое ваше поведение. Я не мальчик. И по какому праву вы так поступаете со мной? Мое искательство совершенно оправдывалось вашим поведением, которое, вы сами должны признаться, не было безукоризненно. И хотя мне, как мужчине, позволительны некоторые вольности, но смешным я быть не хочу. А вы меня сделали предметом разговора в целом городе. Вы знаете мои отношения к Любимову, я уже говорил вам, что между бумагами, которые остались после него, я нашел несколько ваших писем. Я предлагал вам их получить от меня. Стоило только вам побороть вашу гордость и согласиться с общественным мнением, что я один из красивейших мужчин и более других пользуюсь успехами между дамами. Вам угодно было обращаться со мной презрительно; в таком случае вы должны меня извинить: я решился передать эти письма вашему мужу". Вот это благородно! Фу, какая мерзость! Ну да все равно, надобно же было кончить когда-нибудь. Я не из тех женщин, чтобы согласилась поправлять холодным развратом проступок, сделанный по увлечению. Хороши у нас мужчины! Человек, которому сорок лет, у которого жена красавица, начинает ухаживать за мной, говорить и делать глупости. Что может оправдать его? Страсть? Какая страсть! Он уж, я думаю, в восьмнадцать лет потерял способность влюбляться. Нет, очень просто: до него дошли разные сплетни про меня, и он считает меня доступной женщиной. И вот он без всякой церемонии начинает писать ко мне страстные письма, наполненные самыми пошлыми нежностями, очевидно, весьма хладнокровно придуманными. Он объездит десять гостиных, где будет рассказывать про меня самые ужасные вещи, и потом приезжает утешать меня. Говорит, что он презирает общественное мнение, что страсть в его глазах оправдывает все. Клянется в любви, говорит пошлые фразы, желая придать своему лицу страстное выражение, делает какие-то странные, кислые улыбки. Даже не дает себе труда хорошенько притвориться влюбленным. Зачем трудиться, сойдет и так, только бы форма была соблюдена. Если посмеешься над таким человеком или окажешь ему презрение, которого он заслуживает, он считает себя вправе мстить. Для него смешное страшнее самого грязного порока. Связью с женщиной он станет хвастаться сам - это делает ему честь; а письма его показать - беда, это его компрометирует. Он сам чувствует, что они смешны и глупы. За кого же они считают тех женщин, к которым пишут такие письма? Бессовестный народ! И вот он теперь, в порыве благородного негодования, делает подлость против меня и, вероятно, считает себя правым. Да не один он, все таковы... Ну, да тем лучше, по крайней мере я объяснюсь с мужем. Мне даже хочется этого объяснения. Он увидит, что если я виновата перед ним, то он более виноват передо мной. Он убил всю мою жизнь. Он своим эгоизмом засушил мое сердце, отнял у меня возможность семейного счастия; он заставил меня плакать о том, что воротить нельзя - об моей молодости. Я провела ее с ним пошло, бесчувственно, тогда как душа просила жизни, любви. В пустом, мелочном круге его знакомых, в который он ввел меня, во мне заглохли все лучшие душевные качества, оледенели все благородные порывы. И вдобавок, я испытываю угрызение совести за проступок, которого избежать было не в моей власти.

Действие пятое, явление третье

Извольте, я замолчу об этом, вы уже довольно наказаны; но я буду продолжать о себе.

Может быть, вы о себе измените мнение после моих слов. Вы помните, как я дичилась общества, я боялась его. И недаром. Но вы требовали - я должна была уступить вам. И вот, совсем неприготовленную, без совета, без руководителя, вы ввели меня в свой круг, в котором искушение и порок на каждом шагу. Некому было ни предупредить, ни поддержать меня! Впрочем, я сама узнала всю мелочность, весь разврат тех людей, которые составляют ваше знакомство. Я берегла себя. В то время я встретила в обществе Любимова, вы его знали. Помните его открытое лицо, его светлые глаза, как умен и как чист был он сам! Как горячо он спорил с вами, как смело говорил про всякую ложь и неправду! Он говорил то, что я уже чувствовала, хотя и неясно. Я ждала от вас возражений. Возражений от вас не было; вы только клеветали на него, за глаза выдумывали гнусные сплетни, старались уронить его в общественном мнении, и больше ничего. Как я желала тогда заступиться за него; но я не имела для этого ни возможности, ни достаточно ума. Мне оставалось только... полюбить его.

Так я и сделала. Я видела потом, как вы губили его, как мало-помалу достигали своей цели. То есть не вы одни, а все, кому это нужно было. Вы сначала вооружили против него общество, говорили, что его знакомство опасно для молодых людей, потом твердили постоянно, что он вольнодумец и вредный человек, и восстановили против него его начальство; он принужден был оставить службу, родных, знакомство, уехать отсюда... (Закрывает глаза платком.) Я все это видела, все выстрадала на себе. Я видела торжество злобы, а вы все еще считаете меня той девочкой, которую вы купили и которая должна быть благодарна и любить вас за ваши подарки. Из моих чистых отношений к нему сделали гнусную сплетню; дамы стали явно клеветать на меня, а тайно завидовать; молодые и старые волокиты стали без церемонии преследовать меня. Вот до чего вы довели меня, женщину, достойную, может быть, лучшей участи, женщину, способную понимать истинное значение жизни и ненавидеть зло! Вот все, что я хотела сказать вам - больше вы не услышите от меня упрека никогда.

Монолог Полины

(жена Жадова, молодая девушка)

Действие четвертое, явление первое

Одна, смотрит в окно.

Как скучно, просто смерть! (Поет.) "Матушка, голубушка, солнышко мое! пожалей, родимая, дитятко свое". (Смеется.) Какая песня в голову пришла! (Опять задумывается.) Провалился бы, кажется, от скуки. Загадать разве на картах? Что ж, за этим дело не станет. Это можно, можно. Чего другого, а это у нас есть. (Достает из стола карты.) Как хочется поговорить с кем-нибудь. Кабы кто-нибудь пришел, вот бы я была рада, сейчас бы развеселилась. А то на что это похоже! сиди одна, все одна... Уж нечего сказать, люблю поговорить. Бывало, мы у маменьки, утро-то настанет, трещим, трещим, и не увидишь, как пройдет. А теперь и поговорить не с кем. Разве к сестре сбегать? Да уж поздно. Эко я, дура, не догадалась пораньше. (Поет.) "Матушка, голубушка..." Ах, я и забыла погадать-то!.. Об чем бы загадать-то? А вот загадаю я, будет ли у меня новая шляпка? (Раскладывает карты.) Будет, будет... будет, будет! (Хлопает в ладоши, задумывается и потом поет.) "Матушка, голубушка, солнышко мое! пожалей, родимая, дитятко свое".

Монолог Фелисаты Герасимовны Кукушкиной

(вдова коллежского асессора, старуха)

Действие четвертое, явление четвертое

Бывают же такие мерзавцы на свете! А впрочем, я его и не виню: я на него никогда надежды не имела. Ты-то что ж молчишь, сударыня? Не я ли тебе твердила: не давай мужу потачки, точи его поминутно, и день, и ночь: давай денег да давай, где хочешь возьми, да подай. Мне, мол, на то нужно, на другое нужно. Маменька, мол, у меня тонкая дама, надо ее прилично принять. Скажет: нет у меня. А мне, мол, какое дело? Хоть укради, да подай. Зачем брал? Умел жениться, умей и жену содержать прилично. Да этак с утра да до ночи долбила бы ему в голову-то, так авось бы в чувство пришел. У меня бы на твоем месте другого и разговору не было.

Нет, уж ты лучше скажи, что у тебя в характере глупости много, баловства. А ты знаешь ли, что ваше баловство портит мужчин? У тебя все нежности на уме, все бы вешалась к нему на шею. Обрадовалась, что замуж вышла, дождалась. А нет, чтобы об жизни подумать. Бесстыдница! И в кого это ты такая уродилась! У нас в роду все решительно холодны к мужьям: больше все думают об нарядах, как одеться приличнее, блеснуть перед другими. Отчего и не приласкать мужа, да надобно, чтобы он чувствовал, за что его ласкают. Вот Юлинька, когда муж привезет ей что-нибудь из города, так и кинется ему на шею, так и замрет, насилу стащат. Оттого он чуть не каждый день ей и возит подарки. А не привезет, так она и губы надует и не говорит с ним два дни. Висни, пожалуй, к ним на шею-то, они и рады, им только это и нужно. Стыдись!

А вот погоди, мы на него насядем обе, так авось подастся. Главное - не баловать и не слушать его глупостей: он свое, а ты свое; спорь до обмороку, а не уступай. Уступи им, так они готовы на нас хоть воду возить. Да гордость-то, гордость-то ему сшибить надо. Ты знаешь ли, что у него на уме?

Это, вот видишь ли, есть такая дурацкая философия, я недавно в одном доме слышала, нынче она в моду пошла. Они забрали себе в голову, что умней всех на свете, а то все дураки да взяточники. Какая глупость-то непростительная! Мы, говорят, не хотим брать взяток, хотим жить одним жалованьем. Да после этого житья не будет! За кого ж дочерей-то отдавать? Ведь этак, чего доброго, и род человеческий прекратится. Взятки! Что за слово взятки? Сами ж его выдумали, чтобы обижать хороших людей. Не взятки, а благодарность! А от благодарности отказываться грех, обидеть человека надо. Коли ты холостой человек, на тебя и суда нет, юродствуй, как знаешь. Пожалуй, хоть и жалованья не бери. А коли женился, так умей жить с женой, не обманывай родителей. За что они терзают родительское сердце? Другой полоумный вдруг берет воспитанную барышню, которая с детства понимает жизнь и которую родители, не щадя ничего, воспитывают совсем не в таких правилах, даже стараются, как можно, отдалять от таких глупых разговоров, и вдруг запирает ее в конуру какую-то! Что же, по-ихнему, из воспитанных барышень им хочется прачек переделать? Уж коли хотят жениться, так и женились бы на каких-нибудь заблужденных, которым все равно, что барыней быть, что кухаркой, которые, из любви к ним, рады будут себе и юбки стирать и по грязи на рынок трепаться. А ведь есть такие, без понятия, женщины.

Что нужно для женщины... образованной, которая видит и понимает всю жизнь, как свои пять пальцев? Они этого не понимают. Для женщины нужно, чтобы она одета была всегда хорошо, чтобы прислуга была, а главное - нужно спокойствие, чтобы она могла быть отдалена от всего, по своему благородству, ни в какие хозяйственные дрязги не входила. Юлинька у меня так и делает; она ото всего решительно далека, кроме как занята собой. Она спит долго; муж поутру должен распорядиться насчет стола и решительно всем; потом девка напоит его чаем и он уезжает в присутствие. Наконец она встает; чай, кофе, все это для нее готово, она кушает, разоделась отличнейшим манером и села с книжкой у окна дожидаться мужа. Вечером надевает лучшие платья и едет в театр или в гости. Вот жизнь! вот порядок! вот как дама должна вести себя! Что может быть благороднее, что деликатнее, что нежнее? Хвалю.

Гроза (1860г)

Монологи Катерины

(жена Тихона Кабанова; молодая девушка)

Действие первое, явление седьмое

Отчего люди не летают?

Я говорю, отчего люди не летают так, как птицы? Знаешь, мне иногда кажется, что я птица. Когда стоишь на горе, так тебя и тянет лететь. Вот так бы разбежалась, подняла руки и полетела. Попробовать нешто теперь?

(Вздыхая).

Какая я была резвая! Я у вас завяла совсем. Такая ли я была! Я жила, ни об чем не тужила, точно птичка на воле. Маменька во мне души не чаяла, наряжала меня, как куклу, работать не принуждала; что хочу, бывало, то и делаю. Знаешь, как я жила в девушках? Вот я тебе сейчас расскажу. Встану я, бывало, рано; коли летом, так схожу на ключок, умоюсь, принесу с собой водицы и все, все цветы в доме полью. У меня цветов было много-много. Потом пойдем с маменькой в церковь, все и странницы, у нас полон дом был странниц; да богомолок. А придем из церкви, сядем за какую-нибудь работу, больше по бархату золотом, а странницы станут рассказывать: где они были, что видели, жития" разные, либо стихи поют. Так до обеда время и пройдет. Тут старухи уснуть лягут, а я по саду гуляю. Потом к вечерне, а вечером опять рассказы да пение. Таково хорошо было!

Да здесь все как будто из-под неволи. И до смерти я любила в церковь ходить! Точно, бывало, я в рай войду и не вижу никого, и время не помню, и не слышу, когда служба кончится. Точно как все это в одну секунду было. Маменька говорила, что все, бывало, смотрят на меня, что со мной делается. А знаешь: в солнечный день из купола такой светлый столб вниз идет, и в этом столбе ходит дым, точно облако, и вижу я, бывало, будто ангелы в этом столбе летают и поют. А то, бывало, девушка, ночью встану у нас тоже везде лампадки горели да где-нибудь в уголке и молюсь до утра. Или рано утром в сад уйду, еще только солнышко восходит, упаду на колена, молюсь и плачу, и сама не знаю, о чем молюсь и о чем плачу; так меня и найдут. И об чем я молилась тогда, чего просила, не знаю; ничего мне не надобно, всего у меня было довольно. А какие сны мне снились, Варенька, какие сны! Или храмы золотые, или сады какие-то необыкновенные, и все поют невидимые голоса, и кипарисом пахнет, и горы и деревья будто не такие, как обыкновенно, а как на образах пишутся. А то, будто я летаю, так и летаю по воздуху. И теперь иногда снится, да редко, да и не то. (помолчав) . Я умру скоро.

Нет, я знаю, что умру. Ох, девушка, что-то со мной недоброе делается, чудо какое-то! Никогда со мной этого не было. Что-то во мне такое необыкновенное. Точно я снова жить начинаю, или... уж и не знаю. (берет ее за руку) . А вот что, Варя: быть греху какому-нибудь! Такой на меня страх, такой-то на меня страх! Точно я стою над пропастью и меня кто-то туда толкает, а удержаться мне не за что. (Хватается за голову рукой.)

Здорова... Лучше бы я больна была, а то нехорошо. Лезет мне в голову мечта какая-то. И никуда я от нее не уйду. Думать стану мыслей никак не соберу, молиться не отмолюсь никак. Языком лепечу слова, а на уме совсем не то: точно мне лукавый в уши шепчет, да все про такие дела нехорошие. И то мне представляется, что мне самое себе совестно сделается. Что со мной? Перед бедой перед какой-нибудь это! Ночью, Варя, не спится мне, все мерещится шепот какой-то: кто-то так ласково говорит со мной, точно голубь воркует. Уж не снятся мне, Варя, как прежде, райские деревья да горы, а точно меня кто-то обнимает так горячо-горячо и ведет меня куда-то, и я иду за ним, иду...

Действие второе, явление восьмое

(Одна, задумчиво).

Ну, теперь тишина у вас в доме воцарится. Ах, какая скука! Хоть бы доти чьи-нибудь! Эко горе! Деток-то у меня нет: все бы я и сидела с ними да забавляла их. Люблю очень с детьми разговаривать ангелы ведь это. (Молчание.) Кабы я маленькая умерла, лучше бы было. Глядела бы я с неба на землю да радовалась всему. А то полетела бы невидимо, куда захотела. Вылетела бы в поле и летала бы с василька на василек по ветру, как бабочка. (Задумывается.) А вот что сделаю: я начну работу какую-нибудь по обещанию; пойду в гостиный двор", куплю холста, да и буду шить белье, а потом раздам бедным. Они за меня богу помолят. Вот и засядем шить с Варварой и не увидим, как время пройдет; а тут Тиша приедет.

Действие второе, явление девятое

(Одна, держа ключ в руках).

Что она это делает-то? Что она только придумывает? Ах, сумасшедшая, право сумасшедшая! Вот погибель-то! Вот она! Бросить его, бросить далеко, в реку кинуть, чтоб не нашли никогда. Он руки-то жжет, точно уголь. (Подумав.) Вот так-то и гибнет наша сестра-то. В неволе-то кому весело! Мало ли что в голову-то придет. Вышел случай, другая и рада: так очертя голову и кинется. А как же это можно, не подумавши, не рассудивши-то! Долго ли в беду попасть! А там и плачься всю жизнь, мучайся; неволя-то еще горчее покажется. (Молчание.) А горька неволя, ох, как горька! Кто от нее не плачет! А пуще всех мы, бабы. Вот хоть я теперь! Живу, маюсь, просвету себе не вижу. Да и не увижу, знать! Что дальше, то хуже. А теперь еще этот грех-то на меня. (Задумывается.) Кабы не свекровь!.. Сокрушила она меня... от нее мне и дом-то опостылел; стены-то даже противны, (Задумчиво смотрит на ключ.) Бросить его? Разумеется, надо бросить. И как он ко мне в руки попал? На соблазн, на пагубу мою. (Прислушивается.) Ах, кто-то идет. Так сердце и упало. (Прячет ключ в карман.) Нет!.. Никого! Что я так испугалась! И ключ спрятала... Ну, уж, знать, там ему и быть! Видно, сама судьба того хочет! Да какой же в этом грех, если я взгляну на него раз, хоть издали-то! Да хоть и поговорю-то, так все не беда! А как же я мужу-то!.. Да ведь он сам не захотел. Да, может, такого и случая-то еще во всю жизнь не выдет. Тогда и плачься на себя: был случай, да не умела пользоваться. Да что я говорю-то, что я себя обманываю? Мне хоть умереть, да увидеть его. Перед кем я притворяюсь-то!.. Бросить ключ! Нет, ни за что на свете! Он мой теперь... Будь что будет, а я Бориса увижу! Ах, кабы ночь поскорее!

Действие пятое, явление второе

(Одна).

Нет, нигде нет! Что-то он теперь, бедный, делает? Мне только проститься с ним, а там... а там хоть умирать. За что я его в беду ввела? Ведь мне не легче от того! Погибать бы мне одной! А то себя погубила, его погубила, себе бесчестье ему вечный покор! Да! Себе бесчестье ему вечный покор (Молчание.) Вспомнить бы мне, что он говорил-то? Как он жалел-то меня? Какие слова-то говорил? (Берет себя за голову.) Не помню, все забыла. Ночи, ночи мне тяжелы! Все пойдут спать, и я пойду; всем ничего, а мне как в могилу. Так страшно в потемках! Шум какой-то сделается, и поют, точно кого хоронят; только так тихо, чуть слышно, далеко-далеко от меня... Свету-то так рада сделаешься! А вставать не хочется: опять те же люди, те же разговоры, та же мука. Зачем они так смотрят на меня? Отчего это нынче не убивают? Зачем так сделали? Прежде, говорят, убивали. Взяли бы да и бросили меня в Волгу; я бы рада была. "Казнить-то тебя, говорят, так с тебя грех снимется, а ты живи да мучайся своим грехом". Да уж измучилась я! Долго ль еще мне мучиться? Для чего мне теперь жить? Ну, для чего? Ничего мне не надо, ничего мне не мило, и свет божий не мил! А смерть не приходит. Ты ее кличешь, а она не приходит. Что ни увижу, что ни услышу, только тут (показывает на сердце) больно. Еще кабы с ним жить, может быть, радость бы какую я и видела... Что ж: уж все равно, уж душу свою я ведь погубила. Как мне по нем скучно! Ах, как мне по нем скучно! Уж коли не увижу я тебя, так хоть услышь ты меня издали! Ветры буйные, перенесите вы ему мою печаль-тоску! Батюшки, скучно мне, скучно! (Подходит к берегу и громко, во весь голос.) Радость моя, жизнь моя, душа моя, люблю тебя! Откликнись! (Плачет.)

Действие пятое, явление четвертое

(Одна).

Куда теперь? Домой идти? Нет, мне что домой, что в могилу все равно. Да, что домой, что в могилу!.. что в могилу! В могиле лучше... Под деревцом могилушка... как хорошо!.. Солнышко ее греет, дождичком ее мочит... весной на ней травка вырастет, мягкая такая... птицы прилетят на дерево, будут петь, детей выведут, цветочки расцветут: желтенькие, красненькие, голубенькие... всякие (задумывается) , всякие... Так тихо, так хорошо! Мне как будто легче! А о жизни и думать не хочется. Опять жить? Нет, нет, не надо... нехорошо! И люди мне противны, и дом мне противен, и стены противны! Не пойду туда! Нет, нет, не пойду... Придешь к ним, они ходят, говорят, а на что мне это? Ах, темно стало! И опять поют где-то! Что поют? Не разберешь... Умереть бы теперь... Что поют? Все равно, что смерть придет, что сама... а жить нельзя! Грех! Молиться не будут? Кто любит, тот будет молиться... Руки крест-накрест складывают... в гробу? Да, так... я вспомнила. А поймают меня да воротят домой насильно... Ах, скорей, скорей! (Подходит к берегу. Громко.) Друг мой! Радость моя! Прощай! (Уходит.)

Чайка - комедия в четырёх действиях. Пьеса написана в 1895-1896 годах. Премьера состоялась 17 октября 1896 года на с

Монологи Нины Заречной

(молодая девочка, дочь богатого помещика).

Действие первое

".. Люди, львы, орлы и куропатки, рогатые олени, гуси, пауки, молчаливые рыбы, обитавшие в воде, морские звезды и те, которых нельзя было видеть глазом,- словом, все жизни, все жизни, все жизни, свершив печальный круг, угасли... Уже тысячи исков, как земля не носит на себе ни одного живого существа, и эта бедная луна напрасно зажигает свой фонарь. На лугу уже не просыпаются с криком журавли, и майских жуков не бывает слышно в липовых рощах. Холодно, холодно, холодно. Пусто, пусто, пусто. Страшно, страшно, страшно. ... Тела живых существ исчезли в прахе, и вечная материя обратила их в камни, в воду, в облака, а души их всех слились в одну. Общая мировая душа - это я... я... Но мне душа и Александра Великого, и Цезаря, и Шекспира, и Наполеона, и последней пиявки. Во мне сознания людей слились с инстинктами животных, и я помню все, все, все, и каждую жизнь в себе самой я переживаю вновь..."

Действие четвертое

Зачем вы говорите, что целовали землю, по которой я ходила? Меня надо убить. (Склоняется к столу.) Я так утомилась! Отдохнуть бы… отдохнуть! (Поднимает голову.) Я - чайка… Нет, не то. Я - актриса. Ну да! (Услышав смех Аркадиной и Тригорина, прислушивается, потом бежит к левой двери и смотрит в замочную скважину.) И он здесь… (Возвращаясь к Треплеву.) Ну, да… Ничего… Да… Он не верил в театр, все смеялся над моими мечтами, и мало-помалу я тоже перестала верить и пала духом… А тут заботы любви, ревность, постоянный страх за маленького… Я стала мелочною, ничтожною, играла бессмысленно… Я не знала, что делать с руками, не умела стоять на сцене, не владела голосом. Вы не понимаете этого состояния, когда чувствуешь, что играешь ужасно. Я - чайка. Нет, не то… Помните, вы подстрелили чайку? Случайно пришел человек, увидел и от нечего делать погубил… Сюжет для небольшого рассказа. Это не то… (Трет себе лоб.) О чем я?… Я говорю о сцене. Теперь уж я не так… Я уже настоящая актриса, я играю с наслаждением, с восторгом, пьянею на сцене и чувствую себя прекрасной. А теперь, пока живу здесь, я все хожу пешком, все хожу и думаю, думаю и чувствую, как с каждым днем растут мои душевные силы… Я теперь знаю, понимаю. Костя, что в нашем деле - все равно, играем мы на сцене или пишем - главное не слава, не блеск, не то, о чем я мечтала, а уменье терпеть. Умей нести свой крест и веруй. Я верую, и мне не так больно, и когда я думаю о своем призвании, то не боюсь жизни.

Тсс... Я пойду. Прощайте. Когда я стану большою актрисой, приезжайте взглянуть на меня. Обещаете? Уже поздно. Я еле на ногах стою... я истощена, мне хочется есть...