Иисус второе пришествие. Предполагаемое запрещение Оракула
Далай-лама XIII, Тубдан-Джямцо (1876-1933) - наиболее известный из Далай-лам. Его внешнеполитическая деятельность в конце 19 и первом десятилетии 20 века была направлена главным образом на противодействие притязаниям Великобритании, которая наиболее активно стремилась подчинить Тибет своему влиянию.
В 1890 года Англия окончательно захватила вассальное государство Тибета - Сикким (см. Англо-китайское соглашение 1890 года) и затем, в целях дальнейшего проникновения в Тибет, пыталась установить непосредственные дипломатические отношения с правительством Лхассы. Вице-король Индии лорд Керзон обратился с соответствующим письмом к Далай-ламе XIII, но последний возвратил письмо без ответа.
В противовес натиску Англии Далай-лама XIII искал сближения с Россией. В 1900 году он направил к царю одного из высших тибетских лам, забайкальского бурята Агван Доржиева, который был принят Николаем II в Ливадии. В 1901 году Доржиев вновь прибыл в Россию во главе буддийской миссии. В том же году учёный-ориенталист забайкальский бурят Цыбиков в качестве паломника совершил путешествие в Тибет, около года жил в Лхассе и был принят Далай-ламой XIII.
В связи с этими визитами в Европе стали распространяться слухи о существовании тайного русско-китайского договора относительно совместного протектората над Тибетом. Одна английская газета в Китае даже опубликовала текст этого "договора".
Не добившись дополнительных уступок от Тибета дипломатическим путём, Англия в 1904 году предприняла военную экспедицию в Лхассу (см. Лхасский договор 1904 года). Обстановка благоприятствовала Великобритании, ибо Россия была занята войной с Японией.
Перед вступлением английских войск в Лхассу Далай-лама XIII бежал в Ургу (Внешняя Монголия). Под давлением Англии китайское правительство хотело лишить Далай-ламу XIII его светской власти в Тибете. Послушный приказу, полученному из Бэйпина, глава ламаитской церкви в Монголии Богдо-ге-ген (...) не встретил Далай-ламу XIII и даже не пожелал предоставить ему резиденцию в каком-либо из ургинских монастырей.
Далай-лама XIII установил связь с Россией через русского консула в Урге. Здесь же от имени Русского географического общества Далай-лама XIII приветствовал прибывший из Петербурга русский исследователь Центральной Азии Козлов.
Стремясь добиться присоединения России к англо-французской Антанте , Англия пошла на некоторые уступки царю, что привело к подписанию англо-русского соглашения 1907 (...) о Тибете, Иране и Афганистане. Фактическим результатом этого соглашения было также и то, что Англия более не препятствовала восстановлению светской власти тибетского первосвященника. Китайское правительство, уступая давлению России и обеспокоенное перспективой утраты своего влияния в Тибете, поспешило изменить своё отношение к Далай-ламе XIII. Из Урги он уехал в китайский монастырь Утай, откуда несколько раз ездил в Бэйпин и был принят императором. Между Россией и Китаем была достигнута договорённость, согласно которой в 1908 году Далай-лама XIII вернулся в Лхассу.
Однако в 1910 году китайское правительство, убедившись, что Тибет уходит из-под его влияния, послало против него военную экспедицию, которая учинила полный разгром страны. Далай-лама XIII снова бежал из Лхассы, на этот раз к англичанам, в г. Дарджилин в Сиккиме.
Во время китайской революции 1911-1912 годов в Тибете развернулось широкое национальное движение, использовав которое Далай-лама XIII вновь вернулся в Лхассу. Китайские власти были свергнуты, и Далай-лама XIII объявил независимость Тибета. В ответ Китай захватил северо-восточную и восточную части Тибета, из которых были образованы китайские провинции Цинхай и Сикан.
С этого времени Далай-лама XIII сделался проводником английской политики. В 1920 году "по приглашению правительства Лхассы" в Тибет прибыл первый английский посол Белл. В 1926 году в Тибете было создано министерство иностранных дел. Тибетская армия была реорганизована, вооружена и обмундирована англичанами. Далай-лама XIII дал согласие Англии на постройку в Тибете аэродромов и по её требованию в конце 20-х-начале 30-х годов неоднократно начинал военные действия против Китая. Далай-лама XIII стал всё более опираться на армию и окружил себя военными деятелями проанглийской ориентации. Это вызвало недовольство ламства, которое образовало антианглийскую (первоначально - прокитайскую) партию во главе с Панчен-ламой. В 1924 году Далай-лама XIII отлучил от церкви Панчен-ламу и изгнал его из Тибета. В дальнейшем Панчен-лама сделался агентом Японии, и внутренняя борьба в Тибете в значительной степени была отражением англо-японского соперничества в Центральной Азии.
Смерть Далай-ламы XIII вызвала подозрения, что он был отравлен прояпонскими ламами.
После смерти Далай-ламы XIII Тибетом управляло регентство. Затем, в 1940 году, Далай-ламой XIV был провозглашён Даньцзин-Джямцо (р. 1935), выбор которого одобрило китайское правительство в Чунцине. Далай-лама XIV был коронован в 1940 году в присутствии представителей Англии и Китая. До его совершеннолетия во главе управления Тибетом осталось регентство.
Дипломатический словарь. Гл. ред. А. Я. Вышинский и С. А. Лозовский. М., 1948.
Несмотря на вынужденный отказ от некоторых нововведений, Далай-лама XIII никоим образом не отказался от политики укрепления своей власти и проведения ряда организационных мер. Была упорядочена транспортная повинность (ула), ограничены проценты по займам. Далай-лама запретил ламам употребление вина, табака, опиума, азартные игры. Он обязал чиновников носить традиционную тибетскую одежду. В последние годы своего правления Далай-лама XIII не созывал Национальную ассамблею. Все дела решались на встречах с отдельными калонами, а чаще — на встречах с фаворитами самого Далай-ламы. В круг самых близких к верховному правителю Тибета лиц в последние годы его жизни входили Кунга Ванчук Ландун, Кунпэл Ла Дэчэн Чойдэн, Луншар Дорджэ Цэгьял, Цимён-шапэ и Царон-дзаса. Кунга Ванчук, племянник Далай-ламы, светский аристократ, занимал пост первого министра (лончэна) начиная еще с 1926 г. Но Кунга не смог стать главным лицом в управлении страной и являлся, в общем, фигурой декоративной. Самым влиятельным из фаворитов Далай-ламы был 28-летний Кунпэл Ла, выходец из крестьянской семьи в Ньемо к юго-западу от Лхасы. В 1916 г. он начал учиться в Лхасе на писца, проявил большие способности и был взят слугой ко двору Далай-ламы, а в 1921 г. отправлен в монастырь Сэра на обучение. Далай-лама дал ему монашеское имя Тубтэн Кунпэл Ла, поручал ему выполнение некоторых важных дел и в 1931 г. назначил его главой нового ведомства электрических машин в Тапчи, в нескольких километрах к северу от Лхасы. Здесь располагались арсенал, монетный двор и фабрика по изготовлению воинской амуниции. В 1931-1932 гг. Кунпэл Ла создал полк Тонтра в составе тысячи солдат «из хороших семей» (главным образом горожан из уже появившейся к этому времени «средней» прослойки населения, т.е. не крепостных, но и не привилегированных). Полк имел лучшее в тибетской армии вооружение, амуницию, снабжение, прошел полугодичное обучение стрельбе из пулеметов на равнине около Гьянцэ. Солдаты были собраны по принудительному набору. Командиры полка Югок и Тарин получали приказы только от Кунпэл Ла. Полк — наиболее боеспособная воинская часть тибетской армии того времени — практически контролировал Лхасу. Другой «сильной личностью» среди тибетской элиты был 52-летний светский чиновник Луншар Доржэ Цэгьял, происходивший из семьи аристократов, врач по образованию, постоянный оппонент и конкурент Кунпэл Ла. В 1912-1914 гг. Луншар находился в Англии, где был ответственным за обучение четырех юношей-тибетцев. В эти годы он побывал во многих странах Западной Европы. Знакомство с историей и политическими системами европейских стран привело Луншара к убеждению в необходимости реформы политической системы Тибета. По возвращении домой Луншар стал цзипёном. Он пользовался большим влиянием в Национальной ассамблее. После отставки Царона в 1925 г. Луншар стал особо доверенным лицом Далай-ламы, который советовался с ним по делам управления страной. В апреле 1929 г. правитель Тибета назначил Луншара главнокомандующим. Находясь на этом посту, Луншар увеличил армию на 2 тыс. человек, жалованье и пищевое довольствие солдатам и полицейским, ввел в армии тибетскую униформу взамен английской. Однако его высокомерие и резкие действия нажили ему много врагов среди лхасской элиты. В 1931 г. Далай-лама сместил Луншара с поста главнокомандующего, оставив за ним лишь пост цзипёна. Большую роль в правительстве играл также калон Цимён-шапэ. Еще в 1910-1913 гг. он вместе с Джампа Тэндаром и Цароном организовал сопротивление тибетцев китайским солдатам и возвращение Далай-ламы XIII из Индии в Лхасу. Цимён входил в состав тибетской делегации на конференции в Симле, а потом был назначен генерал-губернатором Кама. В 1933 г. в Кашаг входили также Чойдар и Ланчунга-шапэ, но ведущим деятелем в Кашаге являлся Цимён. В 20-е годы Далай-лама назначал на высшие посты в администрации еще одного своего фаворита — Царона. Одно время он являлся главнокомандующим армией, а потом колоном, но затем потерял оба этих поста и с 1933 г. жил в своем имении. Он вернулся в Лхасу только в мае 1934 г. Далай-лама XIII скончался 17 декабря 1933 г. После его смерти около полугода в кругах лхасской элиты шла борьба за власть, которая одновременно являлась борьбой за выбор политики. Собралась Национальная ассамблея. Решали вопрос, в чьи руки передать власть на период поисков нового Далай-ламы и до его совершеннолетия. В это время соперникам Кунпэл Ла удалось вызвать бунт в полку Тонтра. Солдаты потребовали распустить их по домам. Кашаг расформировал полк, оставив в нем только 250 солдат под командованием Тарина. Юток был переведен в другое воинское подразделение. В результате Кунпэл Ла лишился своей главной опоры. Сам он, также личный врач Далай-ламы и оракул Нэчун были обвинены в неправильном лечении больного и в том, что вовремя не сообщили Кашагу о болезни правителя Тибета. Кунпэл Ла был арестован и отправлен в ссылку в Конпо под надзор монахов монастыря Чамнак. Его имущество было конфисковано. Родственники и сторонники Кунпэл Ла были брошены в тюрьмы или сосланы в отдаленные районы Тибета. Оракул Нэчун оказался «под домашним арестом» в монастыре Дэпун [Уа Hanzhang, 1994, р. 289]. Попытка одного из сторонников Кунпэл Ла из семьи Памдацан — офицера Тобгье поднять в Каме восстание против правительства потерпела неудачу. После нескольких месяцев боев восставшие во главе с Тобгье вместе с семьями и стадами овец и яков ушли к Батану под защиту китайцев. На заседаниях Национальной ассамблеи не смогли договориться об общем кандидате в регенты. Решили тянуть жребий. В результате был избран 24-летний лама, настоятель монастыря Радэн Джампэл Еше. Он был введен в должность 23 февраля 1934 г. Небольшой монастырь Радэн находился в 60 км к северо-востоку от Лхасы и считался одной из главных святынь тибетского буддизма. Он был основан в 1057 г. Далай-лама XIII часто посещал этот монастырь. К тому же ламы-настоятели монастыря Радэн одновременно возглавляли монастырь Шидэлинг, один из четырех лхасских монастырей (лингов), из настоятелей которых обычно избирались регенты. После избрания Радэн-хутухты регентом получилось так, что посты первого министра и регента оказались заняты молодыми людьми, неопытными в делах и невлиятельными. Это обстоятельство побудило Луншара попытаться взять власть в свои руки. Человек, безусловно, талантливый, влиятельный и обладавший широким кругозором, Луншар принял меры, чтобы сплотить вокруг себя светских и духовных чиновников. Он выдвинул план улучшения центрального управления страной. Луншар предлагал, чтобы впредь Национальная ассамблея выбирала калонов на четыре года и они были ответственны перед ассамблеей17. Таким образом, эта реформа, будучи проведена в жизнь, передала бы реальную власть из рук Кашага Национальной ассамблее, что само по себе могло стать позитивным изменением в системе управления. К тому же впервые вводился принцип выборности власти на определенный срок. Луншар и его ближайший союзник монах Тэмпа Джаян собрали два отдельных собрания — светских и духовных чиновников и предложили подписать петицию, в которой констатировалась неудовлетворительная работа Кашага и предлагались указанные выше меры. По сообщениям участников и очевидцев происходивших событий, в собраниях приняли участие около 100 чиновников, т.е. от 1/5 до 1/4 всех чиновников в то время. Луншар рассчитывал, что в случае проведения предложенной реформы в жизнь ассамблея, где он имел большое влияние, выберет его калоном либо вторым лончэном. Участники собраний решили представить петицию в Кашаг 10 мая 1934 г. Но вечером 9 мая светский чиновник Кашопа сообщил канону Цимёну о действиях Луншара. 10 мая Луншар был приглашен во дворец Потала, арестован и заключен в тюрьму. Аресту подверглись и его ближайшие сподвижники. Регент, лончэн, Кашаг и назначенный ими комитет по расследованию обвинили Луншара в намерении убить калона Цимёна, свергнуть правительство и ввести в Тибете «большевистскую систему управления» . Комитет первоначально хотел казнить Луншара. Но, как заявили члены комитета, они опасаются, что дух такого сильного человека, как Луншар, может помешать процессу нахождения нового Далай-ламы, даже навредить мальчику после его рождения. По этой причине решили не убивать Луншара, а ослепить его, что и было сделано 20 мая 1934 г. [Сицзан тунши цзяпянь, 2000, с. 296; Уа Наnzhang, 1993, р. 386]. Все его ближайшие сподвижники потеряли свои должности, имения, собственность и были сосланы в отдаленные места Тибета. Сам Луншар находился в тюрьме до мая 1938 г. Через год после освобождения из тюрьмы он скончался. Так провалилась последняя серьезная попытка реформировать тибетскую политическую систему. В итоге острой борьбы за власть в Лхасе в первой половине 1934 г. консервативное большинство лхасской элиты, прежде всего высшее духовенство, в очередной раз одержало победу. Победила политика сохранения традиционных порядков. Между тем система центрального и местного управления в Тибете становилась все более и более неэффективной, являясь в условиях середины XX в. своего рода реликтовой структурой. Приведем об этом мнения участников экспедиции Н.К. Рериха 1927-1928 гг. Местные власти, как писал К.Н. Рябинин, заявили экспедиции, что «полученный далай-ламский указ здесь не имеет значения» [Рябинин, 1996, с. 661]. Об этом упоминал и сам Н.К. Рерих в своем письме буддийскому центру в Нью-Йорке о результатах экспедиции: «Если вы думаете, что указ Далай-ламы много стоит, то вы ошибаетесь. У нас был широковещательный паспорт далай-ламского правительства, и на наших глазах народ отказывался исполнять указы своего правителя. „Мы Девашунга не знаем", — говорит старшина» [там же, с. 696]. (Девашунг — правительство в Лхасе.) О неэффективности управления писал и полковник Кордашевский: «Всякие распоряжения центральной власти игнорируются как населением, так и старшинами. Можно себе представить, с каким театральным уважением отнеслись бы где-нибудь в Париже или другом месте Европы к бумаге с печатью самого Далай-ламы, — а здесь такой даик — приказ просто пропадает на полдороге, выброшенный гонцом, или бросается старшиной в угол палатки без исполнения. И это не наваждение — а самая реальная действительность» [Декроа, 2000, с. 300]. По впечатлениям Н.В. Кор-дашевского, «Тибет — это Европа XIV столетия в ее отрицательных чертах — не больше» [там же, с. 222]. Он писал также, что Тибет, может быть, самая гнилая страна во всей Азии [там же, с. 291]. «Замечайте: среди подавленного состояния, среди поражающей нищеты и грязи народа... ясно видна картина разложения Тибета, — отмечал Н.К. Рерих, — послушайте рассказы о чрезмерных поборах. Всему приходят сроки. То, что еще в недавнем прошлом могло под прикрытием таинственности просуществовать, в сегодняшнем восходе уже оказывается неприемлемым» (цит. по [Рябинин, 1996, с. 698]). «Дела Тибета пришли в упадок, — делал вывод Н.К. Рерих, — в подобном положении, как сейчас, Тибет существовать не может» (курсив мой. — Б.М.) [там же, с. 697]. Весьма резко и пессимистично о возможных перспективах будущего Тибета выразился полковник Кордашевский: «Тибет нуждается в твердой и сильной власти, чтобы, с одной стороны, поднять благосостояние страны, а с другой — культурный уровень населения. Сами тибетцы, во главе с Далай-ламой, не могут справиться с задачей управления страной и попросту ведут ее к политической смерти... Не государственный организм, не духовный центр, а разлагающийся труп - вот подлинный облик современного Тибета» (курсив мой. — Б.М.) [Декроа, 2000, с. 259]. И далее: «На фоне общего разложения страны видно, что даже воля желтого ламы здесь игнорируется, а его грамоты мало чего стоят. И как-то невольно думаешь, что только серьезное и мудрое правительство взамен лхасских шарлатанов может дать гаснущему народу Тибета последние светлые дни, использовав одновременно и природные богатства страны в разумных и хозяйственных руках» [там же, с. 296-297]. Приведенные выше высказывания принадлежат не случайным любопытствующим туристам, оказавшимся в бедственном положении в незнакомой им стране, а ученому с мировым именем Н.К. Рериху и его спутникам — Ю.Н. Рериху, К.Н. Рябинину и Н.В. Кордашевскому, основательно подготовившимся к тибетской экспедиции. Путешественники, хорошо знакомые с положением дел в Европе, Америке, Китае, Индии и других регионах земли, дали весьма негативную, но достаточно объективную оценку состоянию тибетского общества, аморфности и неэффективности системы управления в Тибете. Вместе с этим все участники экспедиции Н.К. Рериха подчеркивали, что Тибет необычайно богат природными ресурсами, «ископаемыми ценностями, лежащими без разработки» [там же, 2000, с. 234]. «Однако Тибет, как ни странно, не беден, — писал К.Н. Рябинин, — мы упоминали уже об этом, но невежество, суеверие и лень держат народ в цепких когтях нищеты. Для оздоровления страны необходимо прежде всего просвещенное и деятельное правительство и внедрение в сознание народных масс Тибета здоровых идей труда» [Рябинин, 1996, с. 667]. Итак, Тибет богат природными ресурсами. Но в первой половине XX в. Эти богатства пропадали втуне, они не использовались. Невежество и суеверия были обычным явлением, тормозили развитие культуры и хозяйственной деятельности. Большинство тибетцев существовало в условиях нищеты и антисанитарии, в атмосфере «борьбы за выживание». Неэффективность системы управления поражала иностранных наблюдателей. Отдельные попытки улучшить систему правления (Далай-лама XIII, Луншар) блокировались консервативной элитой. Все эти и многие другие негативные явления в жизни тибетского общества существовали во многом благодаря продолжавшейся экономической и культурной изоляции Тибета. В этих условиях где уж было говорить о появлении в Тибете «серьезного и мудрого правительства», «просвещенного и деятельного правительства» и т.п. «Мечтать не вредно» — могли бы мы сказать вместе с читателем и К.Н. Рябинину, и Н.В. Кордашевскому. Но именно мечтать... и только.
ИСТОРИЯ ТИБЕТА С ДРЕВНЕЙШИХ ВРЕМЕН ДО НАШИХ ДНЕЙ. Часть IV. Тибет в 1913-1949 гг.
Утверждение, что 13-й Далай-лама был противником Дордже Шугдэна, его оракула и его умилостивления хорошо известно, поскольку оно было распространено в последние десятилетия 14-м Далай-ламой, 1 и подхвачено западными учеными, такими как Джорж Дрейфус.
Несколько тезисов этих утверждений и будут исследоваться. Эта работа является попыткой выяснить содержат ли они что-либо реальное. Она не предназначена для дискредитации Нечунга и его оракула, или 13-го Далай-ламы, а стремиться показать, как историческая хроника была искажена в последние десятилетия.
Предполагаемое запрещение Оракула
|
Во-первых, утверждают, что Далай-лама 13-й ограничил оракула Дордже Шугдэна. Дрейфус говорит: "Практика Dol-gyal или Shuk-den также всплыли в качестве вопроса, во время правления 13-го Далай-ламы, который вводит ограничения на оракула Шугдэна, но не запрещает его деятельность полностью." Тем не менее, не даны ссылки подкрепляющие столь определенное заявление . Однако, это не удивительно, так как нет известных проверяемых исторических свидетельств в поддержку такого утверждения. Вместо этого, при рассмотрении вопроса о запрещении оракулов 13-м Далай-ламой, мы обнаруживаем упоминаия оракула Нечунга участвовавшего в известных событиях нестабильного периода геополитической истории Тибета в конце девятнадцатого и начале двадцатого веков. |
13-й Далай-лама |
Сэр Чарльз Белл (1870-1945) написал биографию 13-го Далай-ламы называемую "Portrait of the Dalai Lama", впервые опубликованна в 1944 году. Это было одно из первых беглых знакомств с жизнью и природой Далай-ламы и его учреждения. 13 Далай-лама бежал в Индию в 1910 году, тогда же, когда Побонка Ринпоче получил посвящения в Золотые Дхармы и семнадцать выражений четырех-лицего Махакалы от Держателя Трона Сакья Драгшул Тринлей Ринчен (т.е. 39-го Сакья Тризина) (стр. 286). Белл встречался c 13-м Далай-ламой, когда тот был в изгнании в Индии, а затем посетил Тибет в 1920 году. Многие недостатки оракула Нечунга рассмотрены в главе 58 «Благородное Поле», где главным образом описывается смерть 13-го Далай-ламы. В этой главе мы находим и воспоминания о британском вторжения в Тибет:
Позднее было замечено, что пророчества передаваемые через оракула Нечунг были неправильными и вредными. В то время британской военной экспедиции в Лхасу в год деревянного Дракона , он указал, что тибетское правительство должно направить солдат против англичан, но солдаты не должны заряжать винтовки, что и было сделано.
В результате, тибетцы потерпели сокрушительное военное поражение от полковника Янгхасбенда. В ответ на это, Белл отмечает, что оракул был уволен со службы:
Этот пророк был уволен после британской экспедиции, а два или три года назад драгоценный защитник восстановил его, позволяя божеству опять войти в него.
Что касается утверждения о том, что 13-м Далай-ламой запрещен оракул Дордже Шугдэна, то в каком времени и пространстве был предполагаемый запрет?
В отношении оракула Нечунга, очень конкретная информация может быть предоставлена на основе публикаций как раз той эпохи, таких, как Sir Charles Bell’s biography и Frederick Spencer Chapman’s Lhasa: the Holy City, опубликованные в 1938 году. Однако, в связи с предполагаемым запретом на оракула Дордже Шугдэна, нет никаких конкретных доступных материалов, которые позволили бы, что-то достоверно утверждать по этому вопросу.
В опровержение предполагаемого запрета в ряде случаев были зарегистрированы обращения к оракулу Дордже Шугдэна во времена 13-го Далай-ламы. Наиболее важным примером является данный оракулом Дордже Шугдэна совет и принятый самим 13-м Далай-ламой! Он находится в биографии Тринадцатого Далай-ламы под названием "phags pa "jigs rten dbang phyug gi rnam sprul rim byon gyi "khrungs rabs deb ther nor bu"i "phreng ba bzhugs so, стр. 620. Здесь говорится, что в 1922 году оракул Дордже Шугдэна дал ваджрное пророчество в присутствии Домо Геше Ринпоче. Он заявил, что Нижняя Монголия (smad hor) поднимается, и как способ обратить это вспять Восточная и Западная ступы в Тибете должны быть отремонтированы. Западной ступой была признана сама Потала, а Восточной ступой была признана Ганден Сердонг или Золотая Ступа содержащая мощи Дже Цонкапы. И биография подтверждает, что их ремонт был проведен.
Джозеф Рок описал публичное призывание оракула Дордже Шугдэна в Восточном Тибете в конце 1920-х в Сунгмас, Тhe Living Oracles of the Tibetan Church (National Geographic, 68: 475-486). Это также оспаривает претензию Дрейфуса, что оракул был разрешен лишь в фиксированных местах, таких как Дромо и Троде Кхангсар. Кроме того, эти утверждения Дрейфуса практически равносильны тому, что оракул вообще не был запрещен, потому что Дромо и Троде Кхангсар были жилищами наиболее важных оракулов того времени, за исключением оракула Панглунга, который мы знаем так же был активен по крайней мере в Кхаме, согласно Джозефу Року. И снова остается вопрос, в какие годы было предполагаемое ограничение на оракула Дордже Шугдэна?
Другое предположение состоит в том, что 13-й Далай-лама запретил всех оракулов на какой-то срок, но это не выделяло бы Дордже Шугдэна как имеющего недостатки. Если это и правда, то это ни как не относится к лишению законной власти Дордже Шугдэна. Как это не маловероятно, если предположить, что существовал запрет на оракула Дордже Шугдэна 13-м Далай-ламой, очень мало понятно о его реальном характере. Если это было на самом деле, то даже не сопровождалось реальным преследованием, и деятельность оракулов продолжалась не ослабевая. И это в сравнении с хорошо документированым запретом на Нечунга, что как видно получает очень незначительное внимание 14-го Далай-ламы и его сторонников.
Предполагаемый запрет умилостивления
Во-вторых, утверждают, что Далай-лама 13-й ограничил умилостивление Дордже Шугдэна, в частности путем персонального ограничения для деятельности Пабонки Ринпоче. Дрейфус говорит: "Наконец, Далай-лама и его правительство оказывало давление на Pa-bong-ka воздержаться от умилостивления Shuk-den... По словам его биографа, Pa-bong-ka обещал не умилостивлять больше Shuk-den."
Это источник Lob-zang Dor-je, Биография Пабонки (pa bong kha pa bde chen snying po dpal bzang po’i rnam par thar pa, лист 471.a-.b.)
Однако, эту информацию на самом деле не возможно найти в печатных изданиях биографии Пабонки Ринпоче. Вебсайт Далай-ламы отсылает к Издателю Nyimo Palden, как публикации, которая содержит переписку между Пабонкой Ринпоче и 13-м Далай-ламой, но никакой информации по этому издателю или публикации не возможно найти. Следовательно, издание, содержащее эту переписку не доступно для проверки, что делает ее подлинность весьма сомнительной и, скорее всего, она сфабрикована.
Кроме того, окружающий контекст и фактическое содержание этого письма также ставит вопрос о его подлинности. Во-первых, нет ни какой даты относительно этой предполагаемой переписки, не возможно сопоставить её с событиями того времени и биографиями участников. Во-вторых, биография Пабонки Ринпоче является хронологической, и он пережил 13-го Далай-ламу приблизительно на 8 лет. Предполагаемая корреспонденция отсылается к крайнему номеру страниц - 471, а два тома биографии опубликованые в Индии, составляют в общей сложности 563 листа в сравнении. В-третьих, в этом письме Пабонка Ринпоче заявляет, что он умилостивлял Шугдэна, потому что "мать-старушка сказала мне, что Шугдэн это божество моей материнской линии." Однако, ни чего этого нет в соответствующих частях его биографии. 2
В любом случае, правда ли это или нет, реальная цена этой переписки еще более снижается при учете того, что Пабонка Ринпоче составляет большую часть своих работ по Дордже Шугдэну в то время, когда 13-й Далай-лама проживал последние годы своей жизни, в тот краткий период его полного всевластия над Тибетом.
В биографии Пабонки Ринпоче, говорится, что в год железной птицы (1921), как и в прежние времена Дордже Шугдэн был неотделим от Пабонки, как тень от тела. Несколько раз ранее, Дордже Шугдэн входил в медиума и просил Пабонку Ринпоче написать новый ритуал вверения жизни, с чем он, наконец, согласился и написал его на основе своего опыта (стр. 375). Далее, в год деревянного быка (1925) по повторным просьбам самого Дордже Шугдэна к Пабонке, тот начал писать обширный ритуал реализации и возвращения Melodious Drum of Victory in All Directions (стр. 418). Таким образом, мы знаем, что Пабонка был побуждаем умилостивлять Шугдэна не матерью, а самим Дордже Шугдэном.
Кроме того, доверие к Дордже Шугдэну в то время не было чем-то необычным, в частности в монастыре Сера. Он ссылается на прямую линию и мастеров, особенно из монастыря Сера, которые также полагаются на Дордже Шугдэна, например аббат тантрического колледжа Сера Тензин Тсондру, Драгри Дордже Чанг, Тричен Тенпа Рабже и Трехор Кхангсар Ринпоче.
В год черной лошади (1930), Пабонка пишет средней длины завершающий ритуал (стр. 496). 13-й Далай-лама скончался в 1933 году.
Таким образом, Пабонка Ринпоче провел более десятилетия параллельно жизни 13-го Далай-ламы в неторопливом составлении этих ритуалов.
Есть ли признаки того, что он работает подпольно в страхе перед упреком Далай-ламы? Если да, то в каком году эти предполагаемые ограничения имели место? 3
в центре 13-й Далай-лама, рядом Чарльз Белл
Разговоры в связи со смертью 13-го Далай-ламы
В частности, 13-й Далай-лама скончался 17 декабря 1933 года после непродолжительной болезни. Чарльз Белл заинтересовавшийся этим вопросом, писал:
Как видно, драгоценный защитник (эпитет Далай-ламы 13-го) ушел в пространство в последний день десятого тибетского месяца, соответствующего середине декабря. День недели воскресенье. По тибетским представлениям, если человек умирает на воскресенье или вторник, это недобрый знак. Люди говорят: "Он умер во время бурного дня".
Он рассказал мне как медиум Оракула Нечунга дал лекарство Драгоценному Защитнику [ДЛ], которое навредило ему.
Вероятно, это были более чем слухи, а Белл пишет в период, спустя семь месяцев, когда он посетил Тибет. В частности, он посетил сына управляющего одной семьи, которые были в тесном контакте с Далай-ламой в течение последних двух лет его жизни. Белл в деталях записывает рассказ служащего, который вкратце описывает, что болезнь началась с небольшого кашля на первый день, однако к вечеру второго дня Далай-лама пропустил свой обычный бульон, в результате чего были созваны придворные. Далее Белл пишет:
Примерно в 11 вечера Драгоценный Защитник потребовал медиума Оракула Нечунга, которого Кунпел Ла спешно вызвал, чтобы поклониться богине, по имени Палхаджог, чье изображение находилось в храме в Лхасе. Медиум пришел сразу и в большой спешке, он даже не задержался, чтобы до прибытия облачится в свою одежду.
В ту же ночь, с часу до двух, медиум дал драгоценному защитнику какое-то лекарство в виде порошка. Когда медиум вышел, Чампа Ла, обычный придворный доктор сказал медиуму: "Вы совершили ошибку в лечении" (Men di norra nangzha). Так вскоре после этого медиум дал другой порошок в соответствии с предписанием Чампа Ла. За все время присутствия он не проронил ни слова.
Затем, на следующий день вечером он [ДЛ] скончался. В дополнение к биографии Чарльза Белла, Мелвин Гольдштейн в History of Modern Tibet, 1913-1951 также дает материал по этому вопросу, после более детального анализа предшествующих и последующих событий (от стр. 141):
В этих обстоятельствах, оракул Нечунг сказал, что Далай-лама должен принять лекарство, известное как "17 героев победителей простуды" (chamjom pawo chupdun) и он сам готовил лекарства в чашке с водой. Большинство респондентов сообщают, что Далай-лама отказался от дозы и что государственный оракул буквально влил его в рот. Состояние Далай-лама сразу ухудшилось, а в полдень он был без сознания. Больше он не сказал ни слова.
В любом случае, без современного следователя трудно узнать правду, было ли лекарство фактическим фактором смерти Далай-ламы, или просто оно не было достаточно эффективным для лечения его болезни.
Так или иначе, в дополнение к ранее плохим военным советам, восприятие неправильного лечение как причасности к смерти Далай-ламы, вероятно, было достаточно для тех, кто зависел от него как надежного оракула для поисков ответов на некоторые вопросы.
Сегодня 14-й Далай-лама похоже испытывает полнейшее доверие к Нечунгу и использует его мнение как аргумент запрета Дордже Шугдэна, а исторически зафиксированный факт запрета 13-м Далай-ламой государственного оракула, ни как не влияет на современную активность Нечунга.
1 "Я изначально был религиозным держателем линии приемственности Кьябдже Пабонки. В частности, я был непосредственным учеником Кьябдже Триджанга Дордже Чанга. С самого начала я стал практиковать Долгьяла под влиянием многих обстоятельств. Постепенно я пришел ко многим значительным сомнениям относительно внешних, внутренних и тайных аспектов и событий касающихся этого. Наконец я посмотрел работы предыдущего Далай-ламы, и в первый раз понял ошибку практики Долгьяла, в результате я прекратил ее." (Speech to an audience dominated by Tibetans from Tibet on 27 March 2006 during the Spring Teachings)
2 Шугдэн передавался в линиях двух коренных учителей Пабонки. Вероятно при фальсификации писем этот факт либо упустили из виду, либо посчитали, что версия с матерью как-то умалит значимость Шугдэна в линии Пабонки и соответственно в линии нынешнего 14-го Далай-ламы.
3 Шугдэн был распространен в самых разных общинах и учительских линиях в Гелугпе, особенно в монастыре Сера. Отсутствуют свидетельства, что монастырь Сера получал письма от 13-го ДЛ, то же касается и других общин. Так же предпологаемый запрет не согласуется с фактом, что при последнем Регенте и новом Далай-ламе статуи Шугдэна стояли во многих монастырях гелуг. Если принять версию запрета то придется признать, что потомки массово ингорировали мнение 13-го Далай-ламы или останется только сделать вывод, что статус этого Далай-ламы как религиозного авторитета для Гелугпы был не велик.
Далай-лама XIII
Нагван Лопсан Туптэн Гьяцо родился в пятнадцатом рабджунге огня-крысы, в 1876 г. н.э. вместе, обладающем всеми десятью достоинствами местности, расположенном вблизи района Царитра и тибетской горы Шэнти. Это место было известно как Лан-люн, ибо оно находилось перед горой в нижней чисти Дакпо на Востоке, похожей на принявшего горделивую осанку слона. Отцом его был Кюнга Ринчен из благородного рода, а матерью - Лопсан Дрёльма. Во время его рождения возникло множество чудесных знамений: распустились цветы, и т.д. Поскольку по проверке Лацо и т. д. были видны соответствующие знаки, ясно указывающие на то, что он несомненно является перерождением предыдущего Победителя Тринле Гьяцо, народ Тибета (во главе со Всеведаюшим Пэнчен Ламой Тэнпе Ванчуком и регентом Тацак Джедруном) единодушно пришел к определенности в том, что дозволительно совершить признание его без проверки золотой вазы.
- В год земли-тигра, в 1878 г. н. э. в первом тибетском месяце Далай-лама был вывезен из отцовского поместья в Ландюн, и поместил свои стопы в Цэль Гунтане. Во время поднесения пучка волос на макушке Пэнчен Ламе он получил имя Джепцюн Нагван Лопсан Туптэн Гьяцо Джикдрель Ванчук Чогле Нампаргьельве Дэ.
- В год земли-зайца, в 1879 г. н. э. в благоприятный день первой половины шестого тибетского месяца Его Святейшество был возведен на золотой трон дворца Поталы, и Ему поднесли драгоценную печать, золотые документы и т. п. Его Вседержителями стали правитель Кюнлин Тацак и Пурбучок Жампа Гьямцо; он начал обучение и постепенно принял обеты начального монашества от Пурбучока. Достоверно известно, что с малых лет Далай-лама постоянно зрил лики Гуру и высших божеств и получал от них духовные наставления, однако, будучи дальновидным, он не рассказывал ясно о подобных видениях другим людям.
- Правитель Тацак Джедрун правил двенадцать лет и в году огня-собаки, в 1886 г. н.э. покинул тело во дворце на Вершине. Собрание тибетского правительства, взяв официальную печать, в соответствии с общими пожеланиями своих членов на несколько месяцев даровало Дэмо Хутухту Нагван Лопсан Тринле звание регента, а затем - правителя.
- В год земли-крысы, в 1888 г. н. э. в первом тибетском месяце было признано великое воплощение Панчен Ринпоче, разбросаны цветы на счастье, и при обрезании пучка волос на макушке он получил имя Лопсан Чёкьи Ньима Гелек Намгьял. В этом году англичане вторглись на тибетскую территорию, и в Якдрон в Дромо было открыто торговое место.
- В году земли-быка, в 1889 г. н. э. между англичанами и Тибетом был заключен договор.
Его Святейшество поочередно посетил религиозные праздненства в обоих великих монастырях Сера и Дрепунг и благодаря учености в логике показал совершенство в диспутах в каждом парке для дебатов, выявив тем самым признаки своей освоенности в них с прежних жизней. Полагаясь на множество благих друзей, главными из которых были два Вседержителя, он постиг традиции Сакья , Гелуг , Кагью , Ньингма и т.д. В кратце говоря, он достиг противоположного берега океана учености в Сутрах и Тантрах абсолютно всех буддийских доктрин и наук, бытовавших в то время в Тибете.
- В возрасте двадцати лет в год дерева-овцы, в 1895 г н. э. в первом тибетском месяце он принял обеты полного монашества от Вседержителя Пурбучока. В том же году после десяти лет властвования правитель Дэмо подал прошение об отставке и получил на нее согласие. В соответствии с единодушными молитвами всех богов и людей Тибета восьмого числа восьмого месяца в год дерева-овцы, в 1895 г. н. э. Далай-лама сделался полновластным Владыкой всего Учения и политики Снежной Страны. Широко распростерлись облака добрых подношений на праздненстве в его честь, и он принял поднесенную ему серебрянную печать.
- В год земли-собаки, в 1898 г. н. э. для всей тибетской страны он издал скрепленный печатью указ из пяти пунктов. Достигнув учености в пяти текстах вместе с относительными трактатами, он отправился на обход монастырских школ в великую обитель Дхармы Пельдэн Дрепунг для получения звания геше, дабы стать украшением для глаз, показывая искусство отстаивания своей точки зрения.
- Четырнадцатого числа месяца Весак на крупном монастырском собрании Далай-лама поместил свои стопы на трон, возведенный в выложенном камнями месте. Сразу же Вседержитель Линтрюль Ринпоче предстал перед ним, поднося приветственный кхадак, три опоры, колесо Дхармы, белую раковину и т.д. Его Святейшество дал общее объяснение Учения, старейший настоятель произнес строки одного из текстов, и, после чего ламы-воплощенцы и геше, искусные в речении цитат и доказательств, поочередно поднесли ему на услышание наитончайшие способы ведения диспута, соответствующие словам коренных текстов и их комментариев. Не входя в противоречие со смыслом превосходных речей Победителя, бесстрашным львиным рыком он дал вобравшие в себя сущность традиций различных философских школ ответы, уничтожившие всю самоуверенность его оппонентов. Великий Защитник Дхармы Дралха Одэн Карпо поднес благодарственную мандалу и совершил службу о долголетии. Некоторые преданные покровители прошли в начало рядов собравшихся для оказания почестей, и Его Святейшество излил нектар глубокой и обширной Дхармы. При обозревании основ Трех Драгоценностей он создал связи пространными молитвами.
- Затем он посетил обитель Дхармы Сэра Тэкчен Чёлин. При обходе монастырских школ Же и Me он также отстаивал свою точку зрения на диспутах, дебатировал о значении различных философских тек¬стов и т. д., как и в Дрепунге, и возвратившись затем в Лхасу, вновь поместил свои стопы в Великом дворце Поталы.
- Потом Далай-лама посетил Гандэн Нампаргьельвэ Лин на Дрок Ривоче и в парках для дебатов драцанов Шарцэ и Жанцэ по отдельности прошел ступени диспутов, используя ясные доказательства и отстаивая свою точку зрения, также как в Сэра и Дрепунге. При посещении по тому случаю монастырских святынь он также совершил подношения и т.д. Когда стопы его вновь вступили в великий град Лхасу, он был обрадован совершёнными для него многочисленными подношениями. Добрыми деяниями в обеих сферах он наполнил Обитель Снегов сиянием блага и счастья, вращая колесо Дхармы в соответствии с чаяниями монашества, верующих и т.д.
- В год земли-свиньи, в 1899 г. н. э. по окончании новогодних праздненств, во время Великого Моления в Лхасе Далай-лама выступил на монашеских диспутах для получения имени «лхарампа», продолжив тем самым немеркнущие деяния пришедших ранее Победоносных Владык. В этом году между Тибетом и Ласин было заключено соглашение относительно границ и торговли.
- В год железа-крысы, в 1900 г. н. э. Его Святейшество отправился в паломничество по области Лхокха и Дакпо. Он путешествовал от Гандэна через Мэльдро, посетил Олька, Чёкхоргьель, Даклхагампо, Цари - место своего рождения, область Сарлун, совершил подношения образам Трёх Драгоценностей в Самье и т. д., тем самым создав молитвами глубокие связи на благо Учения и всего живого.
- В год дерева-даркона, в 1904 г. н. э. армия англичан вновь вошла в Лхасу, и в связи с возникшими смутами восемьдесят шестой держатель трона Гандэна Лопсан Гьяльцэн был назначен замещающим Далай-наму правителем, ведущим его дела, в связи с чем ему была вверена печать Его Святейшества, а сам Далай-лама отбыл в направлении Китая и Монголии через Север. Были ясно показаны знаки того, что им были порабощены Дхармапалы, - в один из дней его путешествия в Талам Гормо сова проскользнула под брюхом его коня и т. п.
- Затем он постепенно достиг района Халха и был встречен Джеппюн Дамбой с почетом и гостеприимством, соответствующим по своей глубине и размаху его высокому положению. Установились духовные связи с китайским и монгольским чиновничеством и остальным населением из монахов и мирян; поочередно посетив парки для дебатов местных монастырских драцанов Таши Чёлин, Кюнга Чёлин и Йига Чёдзин, он принял экзамены по дебатам и т. д., очистив тем самым обе сферы религии и политики.
- В это время бутанский царь Оргьен Ванчук оказал помощь в проведении англичан в Лхасу, и в шестом месяце года дерева-дракона обладающий всеми полномочиями представитель английского правительства полковник Ян Хасбанд с армией подошел к Лхасе и разбил лагерь в Лхалу. Прошло несколько суток, в течение которых англичане и тибетцы так и не смогли начать взаимные переговоры. Тогда правитель, приняв самостоятельное решение, послал управляющего нижним ведомством в военный лагерь англичан с известием о том, что прибывает тибетский царь, и затем сам с малочисленным окружением отправился в военный лагерь; он был встречен с почестями мирным парадом английских офицеров и солдат и начал переговоры. Постепенно собрание тибетского правительства взяло на себя ответственность за составление договора, и в году дерева-дракона, в 1904 г. н. э. между англичанами и Тибетом было заключено первое соглашение. На основе взаимопонимания между английской и тибетской сторонами англичане учредили торговые места в Гьянцэ и ушли обратно.
- В год дерева-змеи, в 1905 г. п. э. Великая мать Императора дала приказ амбаню и послала солдат телохранителей с письмом относительно решения дел, связанных с англичанами, и всем необходимым по этому поводу.
- В третьем месяце этого же года по случаю совершения службы о долголетии, заказанной Учумучи Ниваном, Далай-ламе были поднесены шелка, десятитысячные подношения серебра и пр. По пути Далай-лама был сопровождаем представителями из монастырей Дахурал, монгольским и китайским чиновничеством. Далее он был встречен Кхандро Чинваном и посетил монастырь Дордже Пхурал Ташилхюнпо Лин; по просьбе Заи посетил монгольский Гандэн и прочие монастыри; ему были показаны монастырские танцы, борьба, поднятие камней, конные скачки и др., а старик Гёнпо Церин поучил монахов из Намгьял драцана одному из видов мама. Мать Императора поднесла ему вышитую собственными руками тханку Авалокитешвары, серебро и множество вешей. Затем по приглашению монашества Кумбума он посетил монастырь и очистил Учение в его драцанах посвящениями, объяснениями Дхармы, сочинениями и т.д.
- Далее, следуя приглашению великого императора, на пути в святое место Пяти Горных Пиков в городе Чандру он был встречен парадом и прочими глубокими и обширными почестями, подготовленными гражданским и военным чиновничеством той области по случаю его визита. Когда он непосредственно прибыл в то святое место, на пике Гёнпо Лари образовался удивительный знак в форме шатра из радуги, видимый всеми находящимися там людьми.
- В год огня-овцы, в 1907 г. н. э. на пост Трех Великих Министров помимо Трисур Ринпоче, назначенного прежде правителем, ведущим дела Его Святейшества, Далай-лама назначил отставного министра из Шедра - Шёльканпу, а также Чанкхьимпу, послав в Лхасу письмо, в соответствии с которым они взяли на себя совместные обязанности правления государством.
- В год земли-обезьяны, в 1908 г. н. э. в седьмом тибетском месяце по дороге в императорскую столицу Пекин его встречали военными парадами и прочими почестями, подготовленными различными чиновниками местностей и монастырей, встречавшихся на пути его следования; а в резиденции Хонтапху (матери Императора), Жёлтый Огненный Круг, для Его Святейшества, а также его окружения были приготовлены просторные покои в малых палатах.
- По прибытии его в Пекин третьего числа восьмого тибетского месяца на границе Огненного Круга были выставлены различные символы: зонты, солнце, луна и прочие знаки и субстанции. С почестями, оказанными гражданскими и военными министрами и другими, Его Святейшество был приглашен в малые палаты. В Чюнжи Дурин от лица обоих, Императора и его матери, была специально устроена приветственная встреча. Затем Он был приглашен во дворец Хэта и, когда встретились золотые лики Далай-ламы и Императора Коншу с матерью, последние открыто превознесли его имя и совершили прочие восхваления, превзошедшие даже почести Высочайшему Победителю Великому Пятому .
- В году земли-птицы, в 1909 г. н. э. в первом тибетском месяце Далай-лама совершил подношения и прочие обряды по случаю похорон скончавшегося Императора Коншу. В связи с возведением Дачен Шантёна на золотой трон великого Императора, он поднес дары и совершил обширные молитвы слов истины о долголетии нового Императора и устойчивости его правления. Затем по случаю похорон скончавшейся императорской матери Хонтапху, он также, как и прежде, совершил подношения и обряды.
- Должным образом осуществились Его думы о правлении тибетским государством; в связи с тем, что один за другим к Нему прибывали посыльные с прошениями от частных лиц и от всей тибетской Страны в целом, встретив Императора Шантёна, Далай-лама испросил его согласия покинуть Китай, вместе с пространными подношениями. Император распорядился дать в Его сопровождение более десяти тысяч телохранителей.
- Далай-лама покинул императорскую столицу Пекин и постепенно двинулся в северном направлении через Линду, помещая на путь счастья и блага всех живых существ, которые видели, слышали, поминали или касались Его на протяжении всей дороги. В год земли-птицы в благоприятный день девятого числа одиннадцатого тибетского месяца Он прибыл в столицу своей страны и поместил стопы на золотой фон Великого дворца Поталы, по случаю чего были устроены обширные праздненства.
- В год железа-собаки, в 1910 г. н. э. несколько китайских министров, обладавших властью и высоким положением, сотворив превратные молитвы, вместе с Цунтуном из Сычуаня и находившимся в Тибете амбанем, с мыслями о поглощении без остатка всего сосуда и содержимого Тибета многочисленными вероломными средствами, ввели войска в область Батан, Литан и Цадэ. Они разрушили множество монастыр¬ских угодий, монашеских общин и храмов и совер¬шили прочие безмерные преступления против тибет¬цев, дав помимо этого, Мао Эрпуну новое звание «трантру», т. е. «управляющий делами всей тибетской страны».
тибетский религиозный деятель, тринадцатый Далай-лама, духовный и светский глава Тибета в 1895-1933 гг. Во внутренней политике проявил себя как выдающийся реформатор, во внешней – как искусный дипломат, борец за независимость своей страны. В период его правления Тибет являлся суверенным государством. Также известен как важнейшая фигура центрально-азиатской части «Большой игры» – дипломатического и военного противостояния России, Британии и Цинской империи конца XIX – начала XX вв., в которой он долгое время поддерживал российскую сторону. Спустя несколько месяцев после рождения был признан воплощением Далай-ламы XII Тринлэя Гьяцо и вскоре интронизован во дворце Потала в Лхасе. Когда в 1904 г. состоялось британское вторжение в Тибет, Далай-лама бежал в Ургу, столицу Монголии, где через русское консульство, Агвана Доржиева и приезжавших к нему ученых-востоковедов вступил в переговоры с царским правительством относительно возможности своего переселения в Россию. Этот план был отвергнут Россией в результате поражения в Русско-японской войне. Не найдя взаимопонимания с окружением теократического лидера Монголии и получая жесткие требования появиться в Пекине, он отправился в Китай, сначала в монастырский комплекс на горе Утайшань. В это время также обсуждался его визит в Японию. Однако к концу 1908 г. этот план также был отложен. В мае 1908 г. в Утайшане он встречался с К. Г. Маннергеймом , путешествующим по империи Цин, а за год до этого – с русским путешественником П. К. Козловым . По требованию Пекина совершил визит к китайскому двору и несмотря на предшествующие заявления Пекина о «снятии его с должности» был отпущен в Тибет. В дальнейшем он вынужден был бежать от цинских войск в Британскую Индию, а в январе 1913 г., по возвращении из Индии, провозгласил независимость Тибета. При нем получила новую жизнь традиционная концепция Великого Тибета, подразумевавшая духовную и политическую власть Далай-ламы над всеми территориями, населенными этническими тибетцами. Он также видел необходимость проведения в «Стране снегов» экономических и социальных реформ. После провозглашения независимости Тибета в 1912 г. и образования де-факто независимого Тибетского государства он приступил к действиям: упорядочил и скорректировал тибетское законодательство, чтобы противостоять коррупции в административной среде; установил систему национального налогообложения; создал полицейские силы. Кроме того, содействовал укреплению дисциплины в тибетских монастырях и увеличил число светских чиновников, чтобы избежать сосредоточения излишней власти в руках монахов. Он проявлял интерес к западной науке и технологиям. При нем в Лхасе появились электричество и телеграф, стали печататься деньги и марки. Предвидя военные столкновения Тибета с Китаем, в течение своего правления неоднократно проводил реформы по модернизации тибетской армии, консультируясь с российскими, британскими и японскими специалистами военного дела. В 1916 г. лхасское правительство даже направило несколько солдат и офицеров в Индию для обучения стрельбе из пушек и автоматического оружия.
