Перейти к содержанию
WikisimpleУчиться понятно и самостоятельно

Что произошло 28 июня 1914 года. Сараевское убийство: причины, убийство и последствия. Охота в мировых масштабах

Первая мировая война, которую до начала Второй мировой называли Великой, в России – «германской», а в СССР - «империалистической», началась и закончилась 28 июня.

28 июня 1914 года девятнадцатилетний сербский террорист Гаврило Принцип убивает в Сараево наследника австрийского престола эрцгерцога Франца-Фердинанда и его жену Софию Хотек. Это сараевское убийство было использовано австрийскими и германскими правящими кругами как предлог для развязывания европейской войны.

28 июня 1919 года в Версальском дворце (Франция) странами-участницами (за исключением России) был подписан Версальский мирный договор 1919 года - документ, официально завершающий Первую мировую войну 1914-1918 годов.

Между двумя этими датами – пять лет потрясений, лишений и кровопролития такого масштаба, какого еще не знала до той поры человеческая цивилизация.

Россия в Первой мировой войне

28 июня 1914 Убийство в Сараево В Сараево убиты эрцгерцог Австро-Венгрии Фердинанд и его супруга. Убийство совершено боснийским сербом Гаврилой Принципом. Убийство дало повод к началу войны.
1 августа 1914 Вступление в войну России Германия объявляет войну России. Начинается первая мировая война.
4(17) августа - 2(15) сентября 1914 г. Восточно-Прусская операция Наступательная операция русских войск, перед которыми ставилась задача нанесения поражения 8-й немецкой армии и овладения Восточной Пруссией для развития наступления непосредственно в глубь территории Германии.
сентябрь 1914 - август 1915 Оборона крепости Осовец Все мы знаем о подвиге защитников Брестской крепости в начале Великой отечественной войны, но не меньше потрясла когда-то Россию история другой обороны, ныне почти забытая. Речь идёт о двенадцатимесячной обороне русских войск в крепости Осовец, прославившейся во время Первой мировой войны.
17(30) апреля - 3(16) декабря 1915 Хамаданская операция в Северном Иране Наступательная операция русских войск в северном Иране, проведенная с целью пресечь деятельность германско-турецкой агентуры и исключить выступление Ирана и Афганистана против России.
10 января - 16 февраля 1916 Эрзерумская кампания Эрзерумское сражение - это крупное зимнее наступление русской армии на Кавказском фронте во время Первой мировой войны. Русская Кавказская армия разгромила 3-ю турецкую армию и захватила стратегически важный город Эрзерум (Эрзурум), открыв себе дорогу вглубь Турции.
4 июня 1916 Брусиловския прорыв Наступательная операция русского Юго-Западного фронта под командованием генерала А.А. Брусилова, в ходе которой впервые за весь позиционный период военных действий был осуществлен оперативный прорыв фронта противника.
18 июня (1 июля) 1917 Июньское наступление русских войск Июньское наступление или «наступление Керенского» - последнее наступление русских войск во время Первой мировой войны. Наступательная операция войск Юго-Западного фронта под командованием генерала А.Е. Гутора была хорошо подготовлена, однако успех не был достигнут из-за катастрофического падения дисциплины в русской армии.

Первая в мире

В августе 1914 года мир еще не знал, насколько грандиозной и катастрофической станет объявленная в первый день последнего летнего месяца война. Никому еще не было ведомо, какие неисчислимые жертвы, бедствия и потрясения принесет она человечеству и какой неизгладимый след оставит в его истории. И уж совсем никто не представлял того, что именно тем страшным четырем годам Первой мировой - как она была названа впоследствии, - было суждено, невзирая на календари, стать подлинным началом века XX.

В результате доселе невиданных по масштабам боевых действий погибли и оказались искалеченными десятки миллионов людей, закончили свое существование четыре империи - Российская, Германская, Австро-Венгерская и Османская, разрушениям подверглось немыслимое количество всего того, что было создано людьми на протяжении не одной сотни лет.

Помимо этого, мировая война стала одной из неоспоримых причин перевернувших жизнь России революций - Февральской и Октябрьской. Старая Европа, на протяжении столетий сохранявшая ведущие позиции в политической, экономической и культурной жизни, начала утрачивать лидирующее положение, уступая его нарождающемуся новому лидеру - Соединенным Штатам Америки.

Эта война по-новому поставила вопрос о дальнейшем сосуществовании различных народов и государств.

Да и в человеческом измерении цена ее оказалась небывало высока - великие державы, входившие в состав противоборствующих блоков и принявшие на себя основную тяжесть боевых действий, потеряли значительную часть своего генофонда. Историческое сознание народов оказалось настолько отравленным, что надолго отрезало пути к примирению тем из них, которые выступали в роли противников на полях сражений. Прошедших же ее горнило и выживших мировая война «наградила» пусть и загнанным внутрь, но постоянно напоминавшим о себе ожесточением. Была серьезно подорвана вера человека в надежность и разумность существовавшего миропорядка.

Охота в мировых масштабах

На рубеже XIX-XX веков соотношение сил на международной арене резко изменилось. Геополитические устремления великих держав: Великобритании, Франции и России, с одной стороны, Германии с Австро-Венгрией - с другой - привели к необычайно острому соперничеству.

В последней трети XIX века геополитическая картина мира выглядела следующим образом. США и Германия по темпам экономического роста стали опережать и, соответственно, вытеснять на мировом рынке Великобританию и Францию, одновременно претендуя на их колониальные владения. В этой связи крайне обострились отношения между Германией и Великобританией в борьбе как за колонии, так и за господство в морских акваториях. В тот же период образовались два дружественных блока стран, окончательно размежевавших отношения между ними. Началось все с австро-германского союза, образованного в 1879 году по инициативе канцлера Отто фон Бисмарка. Впоследствии к этому альянсу присоединились Болгария и Турция. Несколько позже сложился так называемый Четверной союз, или Центральный блок, который положил начало серии международных договоров, приведших к созданию в 1891- 1893 годах оппонирующего русско-французского блока. Далее, в 1904 году Великобритания подписала три конвенции с Францией, которые означали установление англо-французского

«Сердечного согласия» - «Entente cordiale» (Антантой этот блок стал называться в начале 1840-х годов, когда в противоречивых отношениях этих двух стран наметилось непродолжительное сближение). В 1907 году с целью урегулирования колониальных вопросов относительно Тибета, Афганистана и Ирана был заключен русско-английский договор, который фактически означал включение России в состав Антанты, или «Тройственного соглашения».

В нараставшем соперничестве каждая из великих держав преследовала собственные интересы.

Российская империя, осознавая необходимость сдерживания экспансии Германии и Австро-Венгрии на Балканах и упрочения там собственных позиций, рассчитывала на отвоевание у Австро-Венгрии Галиции, не исключая при этом установления контроля над находящимися во владении Турции черноморскими проливами Босфор и Дарданелы.

Британская империя ставила целью устранить главного конкурента - Германию и упрочить собственное положение ведущей державы, сохраняя господство на море. Одновременно Британия планировала ослабить и подчинить своему внешнеполитическому курсу союзников - Россию и Францию. Последняя жаждала реванша за поражение, понесенное в ходе франко-прусской войны, а главное - хотела возвратить утраченные в 1871 году провинции Эльзас и Лотарингию.

Германия намеревалась нанести поражение Великобритании, чтобы захватить у нее богатые сырьевыми ресурсами колонии, разгромить Францию и закрепить за собой пограничные провинции Эльзас и Лотарингию. Кроме того, Германия стремилась овладеть обширными колониями, принадлежавшими Бельгии и Голландии, на востоке ее геополитические интересы простирались к владениям России - Польше, Украине и Прибалтике, а еще она рассчитывала подчинить своему влиянию Османскую империю (Турцию) и Болгарию, после чего совместно с Австро-Венгрией установить контроль на Балканах.

Нацелившись на скорейшее достижение своих целей, германское руководство всячески искало повод для развязывания военных действий, и он в конечном итоге нашелся в Сараево…

Пролог к драме

В течение десятилетий ведется дискуссия об ответственности за развязывание Первой мировой войны. Конечно, можно поставить вопрос так: августовская драма 1914 года разразилась в условиях невероятно сложного переплетения обстоятельств, событий, причудливого сочетания конкретных волевых решений главных «действующих лиц» европейской политики и дипломатии. Все эти факторы вступали между собой в непримиримое противоречие, и разрубить возникший «гордиев узел» было возможно, лишь прибегнув к крайним мерам, а именно - к развязыванию вооруженного конфликта мирового масштаба. Наиболее опытные политики сразу поняли, что попытки ограничить молниеносно разросшийся конфликт некими рамками совершенно безнадежны.

Было ясно, что Россия не могла допустить уничтожения Сербии Австро-Венгрией. Летом 1914-го в дипломатических кругах стран Антанты высказывалось мнение: если Вена провоцирует войну против Белграда, то это может привести к общеевропейской войне. Однако соображения и высказывания (даже наиболее верные и глубокие), принадлежавшие отдельным лицам, колебавшимся относительно принятия решения о начале войны или опасавшимся ее развязывания, не смогли предотвратить глобальной катастрофы. Поэтому встает более общий вопрос: кто с позиций длительной перспективы виноват в развязывании Первой мировой войны?

В целом ответственность падает на всех ее активных участников - как на страны Центрального блока, так и на государства Антанты. Но если говорить о вине за провоцирование Первой мировой войны именно в августе 1914 года, то она ложится главным образом на руководство Германской и Австро-Венгерской империй. Для доказательства этого тезиса следует вспомнить события, предшествовавшие возникновению боевых действий в Европе, и попытаться объяснить мотивы действий представителей политической, военной и дипломатической элиты противоборствующих блоков.

Военная эйфория

Сам факт сараевского убийства давал Австро-Венгрии и Германии благоприятную возможность использовать эту трагедию в качестве удобного повода к войне. И они сумели перехватить инициативу, начав активную дипломатическую деятельность, направленную не на локализацию, а на эскалацию конфликта. Никаких серьезных оснований для того, чтобы связать официальные круги Сербского государства с организацией покушения на наследника австро-венгерского престола, у Австро-Венгрии не нашлось. Но в Вене усмотрели наличие широких контактов славян, проживавших в империи Габсбургов, с теми славянами, которые находились за ее рубежами.

В этом имперскому руководству виделась реальная угроза самому существованию Австро-Венгрии. Политическая элита, включая австрийского премьера графа К. Штюргка, была уверена, что подобные «опасные связи» можно порвать лишь посредством войны.

Сам император Австро-Венгрии Франц Иосиф не являлся ярым врагом Сербии и даже возражал против аннексирования ее территории. Но - правила геополитической борьбы за сферы влияния на Балканах диктовали свое - здесь сталкивались интересы России и Австро-Венгрии. Последняя, естественно, не могла потерпеть усиления «русского влияния» в непосредственной близости от своих границ, которое проявилось прежде всего в открытой поддержке Сербии Российской империей. Кроме того, руководство Австро-Венгрии всячески стремилось доказать, что, несмотря на распространявшиеся за ее пределами слухи о слабости Габсбургской монархии (особенно умножившиеся в кризисный для Вены период Балканских войн), она остается вполне жизнестойкой и достаточно сильной. Главным аргументом в этой жесткой полемике с окружающим миром, по мнению австро-венгерского руководства, являлись активные действия на международной арене. И в этой связи Вена, чтобы доказать свое право быть сильной, была готова на крайние меры, даже на военный конфликт с Сербией и ее союзниками.

С момента сараевских событий до принятия Австро-Венгрией решения о предъявлении ультиматума Сербии прошло две недели. И именно эти 14 дней во многом предопределили столь драматичное (не только для сербов, но и для других европейских народов, а в конечном счете и для всего мира) решение австро-сербского конфликта. Следует заметить, что адекватный ответ на действия сербских террористов в Вене смогли подобрать не сразу. Начальник Генштаба австро-венгерской армии генерал Конрад фон Хётцендорф, трактовавший убийство наследника габсбургского престола как прямое объявление войны Сербии, требовал адекватных действий - проведения всеобщей мобилизации и объявления войны Белграду. Той же позиции придерживался и министр иностранных дел Австро-Венгрии Л. Берхтольд (к чьему мнению престарелый император Франц Иосиф прислушивался больше всего). В ситуации военного психоза, уже начавшего распространяться среди австро-венгерского руководства, единственной, пусть и хрупкой, надеждой оставался премьер-министр Австро-Венгрии, венгр по происхождению граф Иштван Тиса. Его позиция состояла в том, что большая война (при любом раскладе) никак не могла пойти на пользу Габсбургской империи: победа в ней могла привести к усилению централизации монархии, а значит, и к ослаблению позиций Венгрии, а поражение - к угрозе целостности всей империи. Еще в начале июля 1914 года в специальном докладе Францу Иосифу он делился своей тревогой по поводу радикальных настроений, воцарившихся в умах представителей военной и политической элиты Империи. В нем премьер четко педалировал собственную позицию - он категорически возражал против войны. Твердо придерживаться этой позиции (даже несмотря на сильное давление со стороны венгерского парламента, требовавшего энергичных действий против Сербии, открыто обвиняя ее в попустительстве терроризму) Тиса продолжал вплоть до середины июля, понимая, что вооруженный конфликт с Сербией может повлечь за собой втягивание Австро-Венгрии в войну против России. Но уже к середине июля и он вынужден был сдаться… Поступиться принципами Тису вынудил целый ряд обстоятельств.

С одной стороны, влияние на него оказали итоги миссии начальника канцелярии МИДа Австро-Венгрии графа А. Хойоса (с 4 по 7 июля 1914 года) и обмен мнениями по этому поводу между императором Францем Иосифом и германским послом в Вене Г. фон Чиршки. Посол заявил о полном одобрении Германией намерения Вены воевать против Сербии и всесторонней ее поддержке вплоть до прямого объявления войны. Осознавая неготовность к войне союзной Сербии России, германское руководство тем не менее считало, что со временем российская военно-морская мощь могла значительно усилиться, а потому всячески побуждало австро-венгров к активным действиям в расчете на то, что в нынешней ситуации Россия неизбежно потерпит поражение.

С другой стороны, Тиса не исключал, что в случае объявления войны к Центральному блоку присоединятся Болгария (и он оказался прав), а также Румыния, что исключало удар румынских сил по Трансильвании, в тыл Австро-Венгрии (хотя в действительности Румыния в грядущей войне выступила на стороне Антанты). К тому же Тиса получил личное послание от императора Франца Иосифа с просьбой устранить различия во взглядах на австро-сербский конфликт. Венгерскому премьеру, не скрывавшему своего уважения к монарху, не оставалось ничего другого, как встать в этом вопросе на позиции военной партии.

Дело оставалось за малым. В МИДе Австро-Венгрии наиболее радикально настроенными по отношению к Сербии политиками и дипломатами был составлен адресованный Белграду ультиматум. И Тиса фактически стал соавтором этого беспрецедентного по своему содержанию дипломатического документа.

Демарш Австро-Венгрии застал Сербию врасплох. В условиях летнего времени большинство министров разъехались из столицы. Премьер Н. Пашич гостил в деревне, где не было телефона, и поэтому сообщение об ультиматуме Вены получил с опозданием. В конечном итоге министры сербского правительства съехались в Белград и составили ответную ноту. И хотя выдержана она была в архивежливом тоне, австро-венгерский посланник в Белграде барон В. Гизль, обнаруживший после ее прочтения, что требования его правительства не приняты «буква в букву», заявил лично привезшему сербский ответ Пашичу о разрыве дипломатических отношений. 28 июля 1914 года Австро-Венгрия по телеграфу объявила Сербии войну.

В день начала боевых действий император Франц Иосиф обнародовал манифест, в котором в числе прочего содержалась знаменитая фраза: «Я все взвесил, я все обдумал»…

Ответные шаги

Ознакомившись 24 июля с содержанием ультиматума Автро-Венгрии, российский министр иностранных дел С.Д. Сазонов прямо заявил, что европейская война теперь неизбежна. Во время беседы с австрийским дипломатическим представителем графом Ф. Сапари он был настолько возбужден, что присутствовавший при этом французский посол в России М. Палеолог даже напомнил главе российского внешнеполитического ведомства о необходимости вести себя более сдержанно.

В тот же день состоялось заседание российского Совета министров. Военное руководство страны считало необходимым провести всеобщую мобилизацию, призвав в армию 5,5 млн. человек. Военный министр В.А. Сухомлинов и начальник Генерального штаба Н.Н. Янушкевич настаивали на этом в надежде на быстротечную (продолжительностью 4-6 месяцев) войну.

Представители же российского МИДа, не желавшие давать немцам предлога для обвинения России в агрессии, были убеждены в необходимости лишь частичной мобилизации (1,1 млн. человек).

Император Николай II, проявив нерешительность, сначала подписал оба указа - как о частичной, так и о полной мобилизации в стране, - а затем все же склонился ко второму варианту. Но вечером 29 июля, когда начальник мобилизационного управления генерал С.К. Добровольский уже приготовился передать по телеграфу приказ о всеобщей мобилизации, был дан отбой. Получив телеграмму от германского императора Вильгельма II, обещавшего предпринять все усилия для предотвращения разрастания сербско-австрийского конфликта, Николай II заколебался и отменил приказ, заменив всеобщую мобилизацию частичной. Но уже 31 июля приказ о всеобщей мобилизации был им подписан.

Германия предъявила России ультиматум с требованием всеобщей демобилизации в течение 12 часов - до 12.00 1 августа 1914 года.

Вечером означенного дня германский посланник Ф. Пурталес прибыл в российский МИД. Услышав в ответ на вопрос - прекратит ли Россия всеобщую мобилизацию - категорическое «нет», Пурталес вручил главе российского внешнеполитического ведомства Сазонову официальную ноту об объявлении войны.

Дальнейшие события развивались стремительно и неотвратимо. 2 августа Германия вступила в войну с Бельгией, 3 августа - с Францией, а 4 августа в Берлине было получено официальное уведомление о начале военных действий против нее Великобританией. Таким образом, дипломатические баталии в Европе сменились кровавыми сражениями.

Сила против силы

Можно предположить, что высшее руководство Германии и Австро-Венгрии не представляло себе, к каким катастрофическим последствиям приведут их действия, но именно политическая недальновидность Берлина и Вены сделала возможным столь роковое развитие событий. В условиях, когда еще оставалась возможность разрешения кризиса мирным путем, ни в Германии, ни в Австро-Венгрии не нашлось ни одного политика, который бы выступил с подобной инициативой.

Можно предположить и то, что между Германией и Россией к началу XX столетия не было таких непреодолимых противоречий, которые неизбежно должны были перерасти в столь масштабное военное противоборство.

Однако трудно игнорировать очевидное стремление Германской империи к европейскому и мировому господству. Схожими амбициями руководствовалась и Габсбургская империя. В условиях усиления их военно-политической мощи ни Россия, ни Франция, ни тем более Великобритания не могли позволить себе оказаться на вторых ролях. Как заметил по этому поводу российский министр иностранных дел С.Д. Сазонов, в случае бездействия пришлось бы «не только отказаться от вековой роли России как защитницы балканских народов, но и признать, что воля Австрии и стоящей за ее спиной Германии является законом для Европы».

Борьба идеологий

К началу августа 1914 года перспектива «большой европейской войны» была налицо. Главные державы противоборствующих союзов - Антанты и Центрального блока - начали приводить свои вооруженные силы в боевую готовность. Миллионные армии выходили на исходные боевые позиции, а их военное командование уже предвкушало скорую победу. Тогда мало кто мог предположить, насколько она недостижима…

В том, что дальнейшие события августа 1914-го развернулись по тому сценарию, которого никто не мог и предположить, на первый взгляд не было никакой логики. В действительности же такой их поворот был предопределен целым рядом обстоятельств, факторов и тенденций.

С первых же дней августа перед правительствами воюющих стран встали не только неотложные задачи по бесперебойному пополнению действующих армий людскими ресурсами и боевой техникой, но и не менее насущные политико-идеологические проблемы…

Российское руководство взывало к патриотическим чувствам сограждан с первых же дней войны. 2 августа император Николай II обратился к народу с Манифестом, в котором традиционное миролюбие России противопоставлялось неизменной агрессивности Германии.

8 августа на заседании Государственной думы верноподданнические чувства императору, а также веру в правоту его действий и готовность, отложив внутренние разногласия, поддержать солдат и офицеров, оказавшихся на фронтах, выразили представители большинства политических партий и объединений. Общенациональный лозунг «Война до победного конца!» был подхвачен даже либерально настроенными оппозиционерами, которые еще совсем недавно ратовали за сдержанность и осторожность России во внешнеполитических решениях.

На волне подъема национального патриотизма с особой яркостью проявились антинемецкие настроения, выразившиеся и в переименовании ряда городов (и прежде всего Петербурга, ставшего Петроградом), и в закрытии немецких газет, и даже в погромах этнических немцев. Духом «воинственного патриотизма» прониклась и российская интеллигенция. Многие ее представители активно включились в антинемецкую кампанию, развернутую в прессе в самом начале августа, десятки тысяч добровольно ушли на фронт.

Во Франции парламент в первых же числах августа, без всяких обсуждений, принял серию законов, обеспечивавших интересы национальной безопасности: о приостановлении свободы печати и собраний, о введении цензуры и других ограничений на политическую деятельность и распространение информации. В сложившейся обстановке совершенно неожиданно повели себя французские анархо-синдикалисты и революционные социалисты. Даже самые ярые из них «антимилитаристы» поддержали курс на войну. Таким образом, в руках военного командования Франции сосредоточилась огромная власть. Но, как оказалось, большинство граждан страны и членов политических партий готовы были принять подобного рода «диктатуру» ради одной цели - достижения скорой победы над противником.

В свою очередь в странах Центрального блока, и прежде всего в самой Германии, развернулась контрпропагандистская кампания. Мощный ура-патриотический подъем охватил все слои немецкого общества. Ведущие деятели крупнейшей в рейхстаге Социал-демократической партии Германии (СДПГ), традиционно считавшейся «национально неблагонадежной», в военном вопросе целиком встали на сторону правительства. В немецких документах, датированных августом 1914 года, говорилось о начале «войны духа» и об отождествлении немецкого государства Гёте и Канта с Германской империей Бисмарка и Гинденбурга.

Словно в ответ на это на страницах российской периодической печати активно проводилась мысль о том, что в войне с Германией отразилось историческое столкновение славянства с германизмом, высокой русской духовности и добросердечия - с тевтонским варварством и агрессивностью.

Вообще, периодическая печать воюющих стран (в том числе центральные, фронтовые, армейские газеты и листовки, адресованные непосредственно солдатам) вносила свою солидную лепту в создание образа врага. Используя реальные факты и непроверенные слухи, обе воюющие стороны старались «предъявить» друг другу как можно больше взаимных обвинений и претензий. Каждая из них представляла другую в качестве истинного виновника развязывания войны, а себя - в качестве невинной жертвы. В прессе обеих враждующих коалиций обсуждались и всячески подчеркивались нарушения противником законов и обычаев войны. Собственные «нелигитимные» действия такого рода либо категорически отрицались, либо квалифицировались как адекватные меры в ответ на аналогичные акции неприятеля. Именно так оправдывались убийства немцами пленных русских казаков, расправы над гражданскими лицами на оккупированных территориях Франции и Бельгии, а также бомбардировки бельгийского Реймского собора и уничтожение библиотеки католического Лувенского университета, насчитывавшей 230 тыс. книг, 950 манускриптов и 800 инкунабул. Этот варварский акт, названный «Сараевом европейской интеллигенции», использовался в качестве яркой иллюстрации «натиска гуннов и варваров», то есть немцев, против западноевропейской культуры.

Фатальный август

И все же главным фактором, оказавшим кардинальное влияние на общую ситуацию, сложившуюся в Европе к исходу августа 1914-го, было непредвиденное изменение самого характера боевых действий. Согласно сложившимся стереотипам и правилам войн XVIII и особенно XIX веков враждующие стороны рассчитывали одним генеральным сражением определить исход всей войны. С этой целью с обеих сторон были задуманы широкомасштабные стратегические наступательные операции, способные в самое короткое время разгромить основные силы противника.

Однако надежды высшего верховного командования обеих враждующих блоков на скоротечную войну не сбылись.

Несмотря на то что августовское противоборство Антанты и Германии на Западном фронте достигло большого напряжения, в итоге англофранцузские и германские силы остановились перед укрепленными позициями друг друга. События того же месяца на Восточном фронте также в полной мере подтверждали эту тенденцию.

Русская армия, будучи еще не полностью отмобилизованной и неготовой вести крупномасштабные операции, выполняя свой союзнический долг перед Францией, во второй половине августа все же начала осуществлять наступательные действия. Поначалу успешное продвижение русских войск в Восточной Пруссии в конечном счете завершилось неудачей. Но несмотря на это, сам факт вторжения противника на территорию Германской империи заставил высшее немецкое командование спешно перебросить с запада на восток крупные боевые соединения. К тому же, развернув активные действия в Восточной Пруссии, русские войска отвлекли на себя значительную часть сил противника. Тем самым были перечеркнуты планы германского командования по достижению быстрой победы над Францией.

Операции русских на Юго-Западном фронте, также начавшиеся во второй половине августа, были более успешными. Продолжавшаяся свыше месяца Галицийская битва, в которой русские одержали победу над Австро-Венгрией, имела колоссальное значение. И хотя наши войска понесли огромные потери (230 тыс. человек, из них 40 тыс. пленными), исход этого сражения позволил русским войскам не только упрочить стратегическое положение на Юго-Западном фронте, но и оказать большую помощь Великобритании и Франции. В критический для австро-венгров момент русского наступления немцы не смогли оказать своим союзникам существенной помощи. Между Берлином и Веной впервые сложилось непонимание относительно общего военного замысла.

Согласно планам высшего военного командования Антанты и Германии стратегические задачи развернувшейся войны должны были решиться во второй половине августа в так называемом Пограничном сражении между англо-французскими и немецкими силами. Однако битва эта, пришедшаяся на 21-25 августа, также не оправдала возлагаемых на нее надежд. Ее итогом явилось не только стратегическое отступление всей северной группировки англо-французских войск, но и фиаско Германии. Немецкое командование так и не смогло достичь поставленной перед своими войсками цели - охвата и разгрома главных сил противника. Таким образом, задача быстрого достижения успешных результатов, положенная в основу германского плана ведения войны, оказалась невыполненной.

В новых условиях генеральные штабы как Германии, так и Антанты должны были коренным образом пересмотреть прежние планы, а это повлекло за собой необходимость накапливания и новых людских резервов, и материальных сил для продолжения дальнейшего вооруженного противоборства.

В целом развернувшиеся в Европе в августе 1914 года события продемонстрировали неспособность тогдашнего политического и военного руководства удержать ситуацию под контролем и предотвратить сползание мира к глобальной катастрофе. Характер боевых действий на основных фронтах уже в первый месяц войны наглядно показал, что локализовать разразившийся конфликт уже не удастся. Кратковременный маневренный этап закончился, наступил длительный период позиционной войны.

Эпилог

…В общей сложности Первая мировая война продолжалась 1 568 дней. В ней участвовали 38 государств, в которых проживало 70% населения земного шара. Вооруженная борьба велась на фронтах общим протяжением 2 500-4 000 км. В этой войне впервые в истории всех войн нашли широкое применение танки, самолеты, подводные лодки, зенитные и противотанковые орудия, минометы, гранатометы, бомбометы, огнеметы, сверхтяжелая артиллерия, ручные гранаты, химические и дымовые снаряды, отравляющие вещества.

Общие потери всех воевавших стран составили порядка 9,5 млн. человек убитыми и 20 млн. человек ранеными.

В результате Первой мировой войны Германия потерпела полное поражение и была вынуждена капитулировать. Однако, несмотря на продолжительность боевых действий, а также существенные материальные и людские потери стран, участвовавших в ней, в результате так и не удалось разрешить те противоречия, которые привели к ее развязыванию. Наоборот, антагонизмы в международных отношениях лишь углубились, что создавало объективные предпосылки для возникновения новых кризисных явлений в послевоенном мире.

Победа стран Антанты в Первой мировой войне была закреплена дипломатическим путем. Победители навязали побежденным странам Центрального блока неравноправные мирные договоры (Версальский, 28 июня 1919 года, Сен-Жерменский, 10 сентября 1919 года). На Парижской мирной конференции 1919-1920 годов была учреждена Лига Наций. В результате распада Австро-Венгерской и Российской империй на карте Европы появились новые независимые государства: Австрия, Венгрия, Чехословакия, Польша, Югославия, Финляндия.

При всем трагизме произошедшего Первая мировая война послужила отправной точкой для кардинальных изменений в политике, экономике и общественной жизни целых континентов.

Использован материал
доктора исторических наук Владимира Невежина «Первая в мире» ,
журнал «Вокруг света» № 8 (2767), Август 2004

Сараевское убийство или убийство в Сараеве – одно из самых громких убийств XX века, стоит практически наряду с убийство президента США Дж. Кеннеди. Убийство произошло 28 июня 1914 года в городе Сараево (сейчас является столицей Боснии и Герцеговины). Жертвой убийства был наследник австрийского престола Франц Фердинанд, а вместе с ним была убита его жена графиня София Гогенберг.
Убийство совершила группа террористов числом в шесть человек, однако выстрели нанес только один человек – Гаврило Принцип.

Причины убийства Франца Фердинанда

Многие историки до сих пор дискутируют над целью убийства наследника австрийского престола, но большинство соглашается с тем, что политической целью убийства было освобождение Южнославянских земель от владычества Австро-Угорской империи.
Франц Фердинанд, как считают историки, хотел навечно присоединить славянские земли к империи, рядом реформ. Как потом скажет убийца – Гаврило Принцип, одной из причин убийства было как раз предотвращение проведения этих реформ.

Планирование убийства

Разрабатывала план убийства некая сербская националистическая организация под названием «Черная рука». Члены организации искали пути для возрождения революционного духа сербов, они также долго искали того, кто же среди австро-угорской элиты должен стать жертвой и путем достижения этой цели. В списке целей присутствовал Франц Фердинанд, а также губернатор Боснии – Оскар Потиорек, великий полководец Австро-Угорской империи.
Сначала планировалось, что некий Мухаммед Мехмедбашич должен совершить это убийство. Покушение на Потиорека закончилось провалом и ему приказали убрать другого человека – Франца Фердинанда.
Для убийства эрцгерцога было готово почти все, кроме оружия, которого террористы ждали целый месяц. Чтобы молодая группа студентов сделала все как следует, им был выдан пистолет для тренировок. В конце мая террористы получили несколько пистолетов, шесть гранат, карты с путями отхода, движениями жандармов и даже пилюли с ядом.
Оружие группе террористов было роздано 27 июня. Уже следующим утром, террористы были расставлены по маршруту проезда кортежа Франца Фердинанда. Глава «Черной руки» Илич перед убийством сказал своим людям быть храбрыми и сделать то, что они должны сделать ради страны.

Убийство

Франц Фердинанд прибыл в Сараево на поезде утром, на вокзале его встретил Оскар Питиорек. Франц Фердинанд, его жена и Питиорек сели в третий по счету автомобиль (кортеж насчитывал шесть автомобилей), и он был полностью открытый. Сначала эрцгерцог осмотрел казармы, а затем направился вдоль набережной, где и произошло убийство.
Первым из террористов стоял Мухаммед Мехмедбашич, и он был вооружен гранатой, однако его атака на Франца Фердинанда провалилась. Вторым стоял террорист Чурбилович, тот уже был вооружен по мимо гранаты и пистолетом, но его постигла неудача. Третьим террористом был Чабринович, вооруженный гранатой.
В 10:10 Чабринович бросил гранату в автомобиль эрцгерцога, но та отскочила и взорвалась на дороге. Взрывом было ранено около 20 человек. Сразу после этого Чабринович проглотил капсулу с ядом и пригнул в реку. Но у него началась рвота и яд не подействовал, а сама река оказалась слишком мелкой, и полиция без трудностей его поймала, избила и уже тогда арестовала.
Казалось, что Сараевское убийство провалилось, так как кортеж промчался на большой скорости мимо остальных террористов. Затем эрцгерцог направился в Ратушу. Там его попытались успокоить, но он был слишком взволнован, он не понимал и постоянно твердил, что прибыл с дружелюбным визитом, а в него бросили бомбу.
Затем жена успокоила Франц Фердинанда и тот выступил с речью. Вскоре было решено прервать задуманную программу, и эрцгерцог решил навестить раненых в госпитале. Уже в 10:45 они вновь оказались в автомобиле. Машина направилась к госпиталю по через улицу Франца Иосифа.
Принцип узнал, что покушение закончилось полным провалом и решил изменить место своей дислокации, расположившись возле магазина «Деликатесы Морица Шиллера», через который проходил обратный маршрут эрцгерцога.
Когда машина эрцгерцога поравнялась с убийцей, тот резко выскочил и на расстоянии нескольких шагов сделал два выстрела. Один попал эрцгерцогу в шею и пробил яремную вену, второй выстрел попал в живот жене эрцгерцога. Убийца был арестован в тот же момент. Как он потом сказал на суде, он не хотел убивать жену Франца Фердинанда, а эта пуля предназначалась Питиореку.
Раненные эрцгерцог и его жена умерли не сразу, сразу после покушения их повезли в госпиталь, чтобы оказать помощь. Герцог, будучи в сознании, умолял жену не умирать, на что та постоянно отвечала: «Это нормально». Имеется в виду о ране, она утешала его таким образом, будто с ней все хорошо. И сразу после этого она умерла. Сам же эрцгерцог скончался спустя десять минут. Сараевское убийство, таким образом увенчалось успехом.

Последствия убийства

После смерти тела Софии и Франца Фердинанда были отправлены в Вену, где их похоронили на скромной церемонии, что сильно разгневало нового наследника австрийского престола.
Через несколько часов в Сараево начались погромы, в ходе которых все, кто любил эрцгерцога жестоко расправлялись со всеми сербами, полиция на это не реагировала. Огромное количество сербов были жестоко избиты и ранены, некоторые были убиты, а также пострадало огромное количество зданий, они были разрушены и разграблены.
Совсем скоро были арестованы все сараевские убийцы, а затем было арестовано и австро-венгерские военные, которые и передали убийцам оружие. Приговор был вынесен 28 сентября 1914 года, за государственную измену все приговаривались к смертной казни.
Однако не все участники заговора были совершеннолетними по сербским законам. Поэтому десятью участникам, в том числе и самом убийце Гавриле Принципу было объявлено наказание в 20 лет заключения в тюрьме строгого режима. Пять человек казнили через повешение, одного посадили пожизненно и еще девять человек были оправданы. Сам Принцип умер в 1918 году в тюрьме от туберкулеза.
Убийство наследника австрийского престола повергло в шок практически всю Европу, многие страны приняли сторону Австрии. Сразу после убийства, правительство Австро-Угорской империи отправило в Сербию ряд требований, среди которых была выдача все тех, кто приложил руку к этому убийству.
Сербия сразу мобилизовала свою армию и ее поддержала Россия. На некоторые важные для Австрии требования Сербия ответила отказом, после чего 25 июля Австрия разорвала дипломатические отношения с Сербией.
Через месяц Австрия объявила войну и начала мобилизацию своих сил. В ответ на это за Сербию выступила Россия, Франция, Англия, что послужило началу Первой мировой. Вскоре все великие страны Европы выбрали стороны.
На сторону Австрии встали Германия, Османская империя, а позже присоединилась и Болгария. Таким образом, в Европе образовалось два огромных союза: Антанта (Сербия, Россия, Англия, Франция и несколько десяток других государств, которые внесли только небольшой вклад в ход Первой мировой) и Троистый Союз Германии, Австрии и Бельгии (вскоре к ним присоединилась и Османская империя).
Таким образом, Сараевское убийство стало поводом для начала Первой мировой войны. Причин ее начала было более чем достаточно, но повод оказался именно таким. Поля, которые выпустил из своего пистолета Гаврило Принцип, называют «пулей, начавшей Первую мировую».
Интересно, что в музее военной истории в городе Вена, все могут посмотреть на автомобиль, в котором ехал эрцгерцог, на его мундир со следами крови Франца Фердинанда, сам пистолет, начавший войну. А пуля храниться в небольшой чешском замке Конопиште.

ХХ век начался ровно сто лет назад. Жарким летом 1914 года в Нидерландах открывался Дворец мира, а уже в августе заговорили пушки. Непосредственным поводом к этому стало то, что 28 июня 1914 года в Сараево был убит наследник короны Австро-Венгерской империи Франц Фердинанд.

Эрцгерцог должен был сменить на троне Габсбургов Франца Иосифа I, правившего империей 68 лет. Именно при нем в 1867 году Австрия стала дуалистической монархией — Австро-Венгрией (то есть император стал еще короноваться в Будапеште как венгерский король). Страна была разделена на Цислейтанию и Транслейтанию (по реке Лейте) между австрийскими и венгерскими владениями.

Однако в монархии осталось множество нерешенных национальных вопросов, главным из которых оставался славянский. Поляки, украинцы, русины, хорваты, словенцы, чехи, словаки и сербы не имели своей государственности.

Некоторые народы, в частности поляки, стремились к созданию своего государства, некоторые — чехи и хорваты — были готовы довольствоваться широкой автономией.

Особой актуальностью этот вопрос отличался на Балканском полуострове, где в последней четверти XIX века произошли радикальные изменения. Появились независимые Сербия, Болгария и Румыния, сразу вступившие в территориальные споры между собой и с бывшей метрополией Турцией. В Воеводине, Краине и на северо-востоке Хорватии сербы составляли значительный процент населения и стремились к воссоединению с молодой Сербией (ставшей независимой после русско-турецкой войны в 1878 году решением Берлинского конгресса ).

Добавляла остроты и проблема Боснии и Герцеговины. Эти две провинции были оккупированы Австро-Венгрией после Берлина, а в октябре 1908 года аннексированы. Местное сербское население, однако, не принимало аннексии. Причем тогда мир встал на грань войны: Сербия и Черногория в октябрьские дни объявили о мобилизации, и лишь посредничество пяти стран (России, Германии, Великобритании, Франции и Италии) не позволило начаться конфликту.

Совет министров Российской империи тогда понимал, что Россия к войне не готова. В результате к марту 1909 года Петербург и Белград признали присоединение Боснии и Герцеговины к Вене.

Боснийский кризис был не единственным предвестником мирового конфликта. Начиная с 1895 года, когда начался конфликт между Японией и Китаем, в мире постоянно шли локальные войны или возникали вооруженные инциденты. Россия в январе 1904 года начала войну с Японией, завершившуюся разгромным поражением. К 1907 году в Европе сложились два блока: Антанта («Сердечное согласие») — военно-политический союз России, Англии и Франции и «Центральные державы» (Италия, Германия, Австро-Венгрия). Традиционная марксистская историография рассматривала Антанту как силу, стремящуюся сохранить существующий в Европе и мире порядок вещей, видя в Германии и ее союзниках молодых волков, желающих получить свою долю.

Однако, кроме этого, у каждой страны были свои локальные геополитические интересы, в том числе и во взрывоопасном Балканском регионе. Россия неоднократно подтверждала свое желание завладеть черноморскими проливами Босфор и Дарданеллы. Австро-Венгрия стремилась не допустить ирредентистских настроений у сербов и хорватов в землях короны. Германия хотела продвигаться на Ближний Восток, для чего нужен был крепкий тыл на Балканах. В результате любой эксцесс на горячем полуострове приводил к новому витку напряженности.

Особенности национальной охоты

Вдобавок стоит заметить, что начало XX века стало золотым веком политического терроризма.

Почти в каждой стране радикальные организации применяли взрывы и выстрелы для политической борьбы.

В России особенно отличались на этом фронте организации социалистов-революционеров (). В 1904 году от рук бомбиста погиб министр внутренних дел империи Вячеслав Плеве, а в 1905-м боевиками был убит генерал-губернатор Москвы великий князь Сергей Александрович. Террористы были активны не только в России: итальянский анархист Луиджи Луккини в 1898 году убил жену I Елизавету Баварскую (известную также как Сисси). Террористические акты стали частью жизни в Южной Европе - в Италии, Испании и на Балканах. Естественно, что сербские активисты также использовали эти методы.

С 1911 года в Сербии действовала националистическая организация «Черная рука», стремившаяся к объединению сербских земель в Югославию. В нее входили высокопоставленные офицеры страны, поэтому власти побаивались «черноручников».

До сих пор неясно, насколько деятельность «Черной руки» контролировалась спецслужбами, однако ясно, что согласия в Белграде на действия в Боснии не давали.

Антиавстрийские активисты в этой провинции частично входили в состав организации «Молодая Босния». Она возникла в 1912 году и ставила целью освобождение провинций от Вены. Одним из ее членов стал сараевский студент Гаврила Принцип.

Салют и бомба

Стоит добавить, что Франц Фердинанд выступал с позиций триализма, то есть он считал, что Австро-Венгрия должна стать еще и государством южных славян под габсбургской короной — в первую очередь это било бы по позициям венгров и многочисленного венгерского дворянства, владевшего землями в Хорватии, Словакии и Закарпатье.

Нельзя сказать, чтобы наследник престола был «ястребом» и сторонником войны - напротив, он старался искать мирные выходы из кризисной ситуации, понимая тяжелое внутреннее положение страны.

Есть мнение, что и Сербия, и Россия были осведомлены о желании террористов застрелить эрцгерцога во время его визита в Сараево. Для них его приезд 28 июня был оскорблением: ведь в этот день сербы отмечали годовщину поражения от турок в битве на Косовом поле . Однако наследник престола решил показать мощь австрийской армии и провести маневры в Сараево. Первую бомбу в него бросили утром, однако она не причинила вреда.

Уже упомянутый Принцип, узнав о неудаче покушения, отправился в центр Сараево, где, улучив момент, выстрелил во Франца Фердинанда в упор. Убил он также и его жену Софью.

Реакцией на убийство стали волнения в Сараево. В городе кроме сербов жили и представители других народов, в частности боснийские мусульмане. В ходе погромов в городе погибли минимум два человека, были разгромлены кафе и магазины, принадлежавшие сербам.

На смерть Фердинанда мировое сообщество отреагировало активно. Первые страницы газет были посвящены этому событию. Однако прямых последствий после убийства не было - лишь в середине июля Австро-Венгрия предъявила ультиматум Сербии. Согласно этому документу, Сербия должна была закрыть антиавстрийские организации, действовавшие на ее территории, уволить чиновников, замешанных в антиавстрийской деятельности. Однако был в нем и еще один пункт — о допуске следственной группы из Вены для расследования убийства.

Его принять Белград отказался — и именно это стало началом великой войны.

До сих пор обсуждается вопрос о том, кто именно мог стоять за убийством в Сараево. Некоторые, отмечая странную расслабленность охраны эрцгерцога, считают, что убить потенциального монарха-федералиста могли радикалы венского двора. Однако наиболее популярна все же теория о сербских бомбистах.

Война началась лишь через месяц, в конце июля - начале августа 1914 года. Однако постфактум убийство Фердинанда стало символом конца мирной довоенной европейской жизни. «Убили Фердинанда-то нашего» , — с этих слов начинаются антивоенные «Похождения бравого солдата Швейка» Ярослава Гашека.

28 июня 1914 года в г. Сараево (Босния) был убит австрийский эрцгерцог (наследник престола) Франц Фердинанд. Покушение на него осуществила сербская молодёжная революционная организация «Молодая Босния» («Млада Босна»), которую возглавляли Гаврила Принцип и Данил Илич. Это убийство стало формальным поводом для начала большой войны между двумя коалициями великих держав.

Почему началась война?

Три выстрела, которые привели к гибели наследника австрийского престола вместе с женой Софией, никак не могли привести к такому катастрофическому результату как начало общеевропейской войны. Большая война могла начаться гораздо раньше. Было два Марокканских кризиса (1905-1906, 1911 гг.), две Балканских войны (1912-1913 гг.). Германия откровенно угрожала Франции, Австро-Венгерская империя несколько раз начинала мобилизацию. Однако Россия каждый раз занимала сдерживающую позицию. Её поддерживала и Британия, ещё не готовая к большой войне. В результате, Центральные державы не решались начать войну. Созывались конференции великих держав, конфликты решались политико-дипломатическим путём. Правда, от кризиса к кризису Германия и Австро-Венгрия всё больше наглели. Готовность Петербурга идти на уступки и искать компромиссы стали воспринимать в Берлине как доказательство слабости России. К тому же германский кайзер считал, что вооружённые силы империи, особенно флот, не готовы к войне. Германия приняла широкомасштабную военно-морскую программу, бросив вызов британцам. В Берлине теперь хотели не только разгромить Францию, но захватить её колонии, а для этого нужен был мощный флот.

В победе на сухопутном фронте в Берлине были уверены. План Шлиффена, основанный на разнице сроков мобилизации в Германии и России, позволял разгромить французские войска до вступления в бой русских армий. Учитывая наивысшую готовность германской армии к войне (командование флота просило больше времени), срок начала войны – лето 1914 г., наметили заранее. Эта дата прозвучала на совещании императора Вильгельма II с военным руководством 8 декабря 1912 г. (тема совещания: «Наилучшее время и метод развёртывания войны»). Этот же срок - лето 1914 года - был указан в 1912-1913 гг. в докладах русских агентов в Германии и Швейцарии Базарова и Гурко. Немецкие военные программы, изначально рассчитанные до 1916 г., были пересмотрены – с завершением к весне 1914 года. Немецкое руководство считало, что Германия лучше всех готова к войне.

Значительное внимание в планах Берлина и Вены уделялось Балканскому полуострову. Балканы должны были стать главных призов Австро-Венгрии. Ещё в 1913 г. немецкий кайзер на полях доклада о ситуации в Балканском регионе пометил, что требуется «хорошая провокация». Действительно, Балканы были настоящим «пороховым погребом» Европы (как и в настоящее время). Повод для войны легче всего было найти здесь. Ещё в 1879 г., после русско-турецкой войны, были созданы все предпосылки для будущих вооружённых конфликтов. В конфликте были замешаны балканские государства, Османская империя, Австро-Венгрия, Германия, Россия и Англия. В 1908 году Австро-Венгрия аннексировала Боснию и Герцеговину, которые формально принадлежали Стамбулу. Однако на эти земли претендовал и Белград. В 1912-1913 гг. прогремели две Балканские войны. В результате серии войн и конфликтов практически все страны и народы остались недовольны: Турция, Болгария, Сербия, Греция, Черногория, Австро-Венгрия. За каждой стороной конфликта стояли великие державы. Регион стал настоящим рассадником для игр спецслужб, террористов, революционеров и откровенных бандитов. Одна за другой создавались тайные организации – «Чёрная рука», «Млада Босна», «Свобода» и др.

Все же Берлин только задумывался о провокации; реальный повод к войне за немцев создала террористическо-националистическая организация «Чёрная рука» («Единство или смерть»). Её возглавлял начальник сербской контрразведки полковник Драгутин Дмитриевич (псевдоним «Апис»). Участники организации были патриотами своей Родины и врагами Австро-Венгрии и Германии, мечтали о построении «Великой Сербии». Проблема заключалась в том, что Дмитриевич, Танкосич и другие руководители «Чёрной руки» были не только сербскими офицерами, но и членами масонских лож. Если Апис осуществлял непосредственное планирование и руководство операциями, то существовали и другие руководители, которые оставались в тени. Среди них сербский министр Л. Чупа, видный иерарх «вольных каменщиков». Он был связан с бельгийскими и французскими масонскими кругами. Именно он стоял у истоков организации, курировал её деятельность. Пропаганда велась с сугубо патриотических, панславистских лозунгов. А достигнуть главной цели – создания «Великой Сербии», можно было только путём войны, с обязательным участием России. Ясно, что «закулисные структуры» того времени (их частью были масонские ложи) вели Европу к большой войне, которая должна была привести к построению Нового мирового порядка.

Организация имела в Сербии огромное влияние, создала отделения в Боснии, Македонии, Болгарии. Король Сербии Пётр I Карагеоргиевич и премьер-министр Никола Пашич взглядов «Чёрной руки» не разделяли, однако организация смогла добиться большого влияния в среде офицерства, у неё были свои люди в правительстве, скупщине и при дворе.

Не случайно была выбрана и жертва теракта. Франц Фердинанд в политике был жёстким реалистом. Он ещё в 1906 году составил план преобразования дуалистической монархии. Этот проект в случае его осуществления мог продлить жизнь Австро-Венгерской империи, снизив градус межнациональных противоречий. Согласно ему, монархия преобразовывалась в Соединенные Штаты Великой Австрии - триединое государство (или Австро-Венгро-Славию), учреждались 12 национальных автономий для каждой крупной народности, проживавшей в империи Габсбургов. От реформирования монархии из дуалистической в триалистическую модель выигрывала правящая династия и славянские народы. Чешский народ получал своё автономное государство (по образцу Венгрии). Наследник австрийского престола не любил русских, и еще больше сербов, но Франц Фердинанд выступал категорически против превентивной войны с Сербией и конфликта с Россией. По его мнению, такой конфликт был смертелен как для России, так и для Австро-Венгрии. Его устранение развязывало руки «партии войны».

Интересен и тот факт, что перед самим покушением в Белград привозят террористов, их тренируют в стрельбе в тире королевского парка, вооружают револьверами и бомбами (сербского производства) из государственного арсенала. Будто специально создаются доказательства того, что террористический акт организован Сербией. 15 июля 1914 года в результате внутриполитического кризиса (дворцового переворота), военные вынуждают короля Петра отречься от престола в пользу сына – Александра, который был молод, неопытен и, отчасти, находился под влиянием заговорщиков.

Судя по всему, Белград и Вену сталкивали и определённые круги в Австро-Венгрии. Сербский премьер-министр и русский посол в Сербии Гартвиг через свою агентуру и узнали о подготовке покушения. Оба постарались предотвратить его и предупредили австрийцев. Однако австрийское правительство не отменило визит Франца Фердинанда в Сараево и не приняло должных мер по обеспечению его безопасности. Так, 28 июня 1914 года произошло два покушения (первое было неудачным). Бомба, брошенная Неделько Габриновичем, убила шофера и ранила несколько человек. Это покушение не стало поводом для усиления охраны или немедленной эвакуации эрцгерцога из города. Поэтому террористы получили вторую возможность, которая и была успешно реализована.

Берлин воспринял это убийство, как отличный повод к войне. Германский кайзер, получив сообщение о гибели эрцгерцога, написал на полях телеграммы: «Теперь или никогда». И приказал Мольтке начать подготовку операции против Франции. Интересную позицию заняла Англия: если Россия и Франция предпринимали дипломатически шаги к мирному урегулированию конфликта между Сербией и Австро-Венгрией, то британцы держались уклончиво и обособленно. Лондон немцев не осаживал, поддержки союзникам не обещал. В результате у кайзера сложилось мнение, что Англия решила остаться в стороне от схватки. Это было не удивительно, если учесть традиционную политику Лондона в отношении Европы. Немецкий посол в Англии Лихневский встретился с британским министром иностранных дел Греем и подтвердил этот вывод – Британия вмешиваться не будет. Однако британцы вмешались, но с серьёзным запозданием. Это случилось 5 августа, когда германские корпуса уже громили Бельгию, и остановить бойню было невозможно. Для Берлина вступление в войну Британии стало неожиданностью.

Так началась Мировая война, которая унесла 10 млн. жизней, перекроила политическую карту планеты и серьёзно изменившая прежние системы ценностей. Все выгоды от начала войны получили Англия, Франция и США. Так называемый «финансовый интернационал» наварил на войне колоссальные прибыли и уничтожил аристократические элиты Германии, Австро-Венгрии, Османской империи и России, которые «устарели» и стояли на пути построения Нового мирового порядка.

1 августа 1914 года началась первая мировая война. Причин у неё было множество, и нужен был лишь повод к её началу. Таким поводом послужило событие, произошедшее за месяц до этого - 28 июня 1914 года.
Наследник австро-венгерского престола Франц Фердинанд Карл Людвиг Йозеф фон Габсбург был старшим сыном эрцгерцога Карла Людвига, брата императора Франца Иосифа . Престарелый император правил к тому времени уже 66-й год, успев пережить всех остальных наследников. Единственный сын и наследник Франца Иосифа кронпринц Рудольф, по одной из версий, застрелился в 1889 году в замке Майерлинг, убив перед тем свою возлюбленную баронессу Марию Вечера, а по другой версии, стал жертвой тщательно спланированного политического убийства, имитировавшего самоубийство единственного прямого наследника престола. В 1896 году умер брат Франца Иосифа Карл Людвиг, выпив воды из реки Иордан. После этого наследником престола стал сын Карла Людвига Франц Фердинанд .

Франц Фердинанд был главной надеждой загнивающей монархии. В 1906 году эрцгерцог составил план преобразования Австро-Венгрии, который в случае его осуществления мог продлить жизнь Империи Габсбургов, снизив градус межнациональных противоречий. Согласно этому плану, Лоскутная Империя превращалась бы в федеративное государство Соединенные Штаты Великой Австрии, в котором образовывались 12 национальных автономий для каждой из крупных народностей, проживавших в Австро-Венгрии. Однако этому плану противился премьер-министр Венгрии граф Иштван Тиса, поскольку такое преобразование страны положило бы конец привилегированному положению венгров. Противился он настолько, что был готов убить ненавистного наследника. Он говорил об этом настолько откровенно, что появилась даже версия о том, что именно он и стал заказчиком убийства эрцгерцога.
28 июня 1914 года Франц Фердинанд по приглашению наместника в Боснии и Герцеговине фельдцейхмейстера (то есть, генерала от артиллерии) Оскара Потиорека приехал в Сараево на манёвры.
Сараево было главным городом Боснии. До русско-турецкой войны Босния принадлежала туркам, и по её итогам должна была отойти к Сербии. Однако в Боснию были введены австро-венгерские войска, а в 1908 году Австро-Венгрия официально присоединила Боснию к своим владениям. Таким положением, не были довольны, ни сербы, ни турки, ни русские, и тогда, в 1908-09 годах из-за этого присоединения чуть было не разразилась война, но тогдашний министр иностранных дел Александр Петрович Извольский предостерёг царя от опрометчивых действий, и война состоялась несколько позже.
В 1912 году для освобождения Боснии и Герцеговины от оккупации и объединения с Сербией в Боснии была создана организация «Млада Босна». Приезд наследника был для младобоснийцев как нельзя кстати, и они решили убить эрцгерцога. Для покушения было отряжено шестеро младобоснийцев, страдавших туберкулёзом. Терять им было нечего: в ближайшие месяцы их так и так ждала смерть.
Франц Фердинанд и его морганатическая супруга София-Мария-Йозефина-Альбина Хотек фон Хотков унд Вогнин прибыли в Сараево рано утром. По пути в ратушу чета подверглась первому покушению: один из этих шестерых Неделько Чабринович бросил бомбу на пути следования кортежа, но запал оказался слишком длинный, и бомба взорвалась лишь под третьей машиной. Бомбой убило шофёра этой машины и ранило её пассажиров, самой значительной персоной из которых был адъютант Пиотрека Эрих фон Мерицце, а также полицейского и прохожих из толпы. Чабринович пытался отравиться цианистым калием и утопиться в реке Миляцке, но ни то, ни другое не подействовало. Его арестовали и приговорили к 20 годам, но умер он через полтора года от того самого туберкулёза.
По прибытии в ратушу эрцгерцог произнёс заготовленную речь и решил отправиться в больницу навестить раненых.
Франц Фердинанд был одет в голубой мундир, черные брюки с красными лампасами, высокая фуражка с зелеными попугаичьими перьями. На Софии было белое платье и широкая шляпа с пером страуса. За руль вместо шофёра эрцгерцога Франца Урбана сел хозяин машины граф Гаррах, а слева от него, чтобы показывать дорогу, сидел Потиорек. Машина марки Gräf & Stift мчалась по набережной Аппель. На перекрестке у Латинского моста автомобиль слегка притормозил, переключаясь на пониженную передачу, и водитель начал поворот направо. В это время, только что выпив кофе в магазине Штиллера, на улицу вышел один из той самой туберкулёзной шестёрки 19-летний гимназист Гаврило Принцип . Он как раз шёл по Латинскому мосту и увидел поворачивающий Gräf & Stift совершенно случайно. Не раздумывая ни секунды, Принцип выхватил Браунинг и первым же выстрелом продырявил живот эрцгерцогу. Вторая пуля досталась Софии. Третью Принцип хотел потратить на Потиорека, но не успел - сбежавшийся народ обезоружил юнца и начал избивать. Лишь вмешательство полиции спасло жизнь Гавриле. Как несовершеннолетнего его вместо смертной казни приговорили к тем же 20 годам, и во время заключения даже принялись лечить его от туберкулёза, продлив ему жизнь аж до 28 апреля 1918 года.

Место, на котором убили эрцгерцога, в наши дни. Вид с Латинского моста.


Раненого эрцгерцога и его супругу повезли почему-то не в госпиталь, до которого уже оставалось пара кварталов, а в резиденцию Потиорека, где под вой и причитания свиты оба скончались от кровопотери, так и не получив медицинской помощи.
Дальнейшее всем известно: поскольку террористы были сербами, Австрия предъявила ультиматум Сербии. За Сербию вступилась Россия, угрожая Австрии, а за Австрию вступилась Германия. В результате через месяц началась мировая война.
Франц Иосиф пережил и этого наследника, и после его смерти императором стал 27-летний Карл - сын императорского племянника Отто, умершего в 1906 году. Править ему пришлось чуть менее двух лет. Развал империи застал его в Будапеште. В 1921 году Карл попытался стать королём Венгрии. Организовав мятеж, он с верными ему войсками дошёл почти до самого Будапешта, но был арестован и 19 ноября того же года был доставлен на португальский остров Мадейра, определенный ему в качестве места ссылки. Через несколько месяцев он скоропостижно скончался якобы от воспаления лёгких.

Тот самый Gräf & Stift. Автомобиль имел четырёхцилиндровый 32-сильный двигатель, позволявший развивать 70-километровую скорость. Рабочий объём двигателя составлял 5,88 литра. Машина не имела стартёра и заводилась заводной рукояткой. Находится он в венском военном музее. На нём даже сохранилась номерная табличка с номером « A III 118». Впоследствии кто-то из параноиков расшифровал этот номер как дату окончания первой мировой войны. В соответствии с этой расшифровкой, а означает «Armistice», то есть, перемирие, причём почему-то по-английски. Первые две римских единицы означают «11», третья римская и первая арабская единицы означают «ноябрь», а последняя единица и восьмёрка обозначают 1918 год - именно 11 ноября 1918 года и состоялось Компьенское перемирие, положившее конец первой мировой войне.

Поделиться: